мск 8°
  • USD ЦБ 71,5962
  • EUR ЦБ 77,8823
  • GBP ЦБ 87,1326
Москва
  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Новосибирск
  • Екатеринбург
  • Нижний Новгород
  • Казань
  • Челябинск
  • Астрахань
  • Киров
  • Сочи
Поиск

Новый закон сделает полицию федеральной

7 мая правительство одобрило законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон “О полиции”» и готовится передать его в Госдуму. Две предыдущие попытки скорректировать этот закон, предпринятые в стенах парламента, закончились ничем. Тот факт, что на этот раз инициатором поправок является кабинет министров, с одной стороны, позволяет рассчитывать на его успешное прохождение через Госдуму, а с другой – провоцирует жёсткую критику проекта в СМИ, связанных с конкурирующей группой элит.

Либеральные СМИ против «полицейского государства»

Атака на законопроект идёт по традиционной правозащитной линии: принятие поправок создаст условия для самоуправства, полиции дают добро на превышение полномочий, полиция получит право стрелять в беззащитных людей и так далее.

Речь идёт о двух группах поправок. В первую входят уточнения полномочий полиции при патрулировании, выставлении оцепления, личном досмотре граждан и прочем, и новая статья (151), наделяющая полицию правом «вскрывать автомобили и проникать в них» для спасения жизни граждан, пресечения преступления и ряда других перечисленных в статье случаев не только в присутствии собственника транспортного средства, но и в его отсутствии.

Вторая группа поправок касается «Гарантий личной безопасности вооружённого сотрудника полиции» (ст. 24) и «Гарантий правовой защиты сотрудника полиции» (ст. 30). Разрешается применять оружие при задержании не только в перечисленных в статье случаях, но и при «иных действиях, позволяющих расценивать их как угрозу нападения». Вторая статья запрещает преследовать сотрудника полиции за действия, совершённые при исполнении прямых обязанностей, если эти действия не противоречат законам, регулирующим работу полиции.

Теперь представители полиции имеют право использовать оружие и в «действиях, позволяющих расценивать их как угрозу нападения».
Теперь представители полиции имеют право использовать оружие и в «действиях, позволяющих расценивать их как угрозу нападения».
Фото: Сергей Бобылев/ТАСС

Возражения разбирающихся в специфике работы полиции экспертов, которые на примерах показывают, что все эти изменения правомерны, что подобными полномочиями уже обладают Национальная гвардия и органы государственной охраны, что поправки «выработаны на основе правоприменительной практики последних лет» и приводят российское законодательство о полиции в соответствие с общемировыми стандартами, во внимание не принимаются.

Правозащитники и СМИ одержимы стремлением защитить людей от угрозы превращения России в «полицейское государство».

Подтянулась и «старая гвардия» в лице бывшего пресс-секретарь Ельцина Вячеслава Костикова, который, сославшись на дело о брошенном в полицейского бумажном стаканчике, выразил обеспокоенность ростом силовой составляющей российской власти.

На сайте change.org идёт сбор подписей под петициями, авторы которых требуют «не допустить произвола» и остановить принятие законопроекта. В общем, всё как всегда – и ни слова о главной новации законопроекта, которая и спровоцировала весь этот шум.

Вертикаль федерального подчинения

Законопроект содержит серию поправок, которые уточняют или определяют нормативно-правовую основу работы полиции, заменяя расплывчатые формулировки чётким обозначением уровня законодательной базы и иерархии подчинения.

Например, в статье 13 (ч. 2) действующего закона «О полиции» сказано: «право осуществлять действия… предоставляется специально уполномоченным сотрудникам полиции». Без указания, кем предоставляется и на каком основании. Поправка однозначно уточняет: российским законодательством, нормативными правовыми актами президента, правительства и федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В статье 14 (ч. 2, п. 5) «предусмотренных законодательством» заменяется на «определяется законодательством Российской Федерации». В статье 16 (ч. 31) фигурирует ссылка на «решение руководителя территориального органа федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел», то есть чётко устанавливается иерархия подчинения.

Принятие подобных поправок означает, что деятельность полиции будет определяться исключительно нормативными актами федерального уровня, а также приказами МВД и напрямую подчинённых ему региональных, городских и областных управлений внутренних дел.

Создание жёсткой вертикали положит конец двусмысленному положению полиции, действия которой пока ещё частично (а в ряде регионов полностью) определяются местным законодательством, и выведет её из-под контроля областного, городского и районного начальства. Это вполне согласуется с последними поправками к Конституции, по которым из статьи, определяющей полномочия органов местного самоуправления (ст. 132, п. 1) удалено упоминание об «охране общественного порядка».

На сегодня в законах регионов и особенно республик существует множество лазеек и люфтов, которые позволяют полиции, сотрудникам МВД при соответствующей отмашке от местных властей или исходя из своих собственных целей и настроений не выполнять приказы «из Москвы». Вот против чего новый законопроект.

Утрата контроля над ГУВД Москвы ослабит политический потенциал столичной власти.

Со времён Лужкова политическое влияние московского мэра в значительной степени определялось его контролем над городским управлением внутренних дел (ГУВД). Это превращало мэра в гаранта порядка и безопасности в столице, что было крайне важно после эксцессов 1991 и 1993 годов, и ставило Кремль в положение фактического заложника Москвы.

Создание в 2016 году Национальной гвардии, напрямую подчинённой президенту, отчасти уравновесило ситуацию, но не решило проблему. Следующий шаг – полное переподчинение ГУВД Москвы профильному федеральному министерству. Эту задачу должны решить поправки к закону «О полиции».

Когда в московском метро произошла давка после введения электронных пропусков, Сергей Собянин обвинил во всём московское ГУВД.
Когда в московском метро произошла давка после введения электронных пропусков, Сергей Собянин обвинил во всём московское ГУВД.
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Здесь стоит напомнить, что история с возникшей после введения электронных пропусков давкой на входе в метро, ответственность за которую мэр Москвы с ходу переложил на полицию, спровоцировала заметное охлаждение между московским ГУВД и столичной властью.

Московская полиция не проявляет должного рвения в «охоте» за нарушителями самоизоляции, а Собянин в своём последнем указе отлучил полицию от контроля за вступающим в силу 12 мая «масочным режимом» в транспорте, возложив эту функцию на подконтрольные ему городские структуры: ГКУ города Москвы «Организатор перевозок» – в общественном транспорте и Московскую административную дорожную инспекцию (МАДИ) – при использовании легкового такси.

Отношения могут наладиться, если принятие поправок в закон «О полиции» удастся затормозить или сорвать. Но добиться этого будет непросто, учитывая клинч, в который на фоне коронавирусной эпопеи вошли мэр Москвы и правительство Белоусова-Мишустина, продвигающее поправки к закону «О полиции» с опорой на лоббистские возможности МВД.

Фото на обложке: Валерий Шарифулин/ТАСС

Читайте также