«Мы ни с кем не общаемся». Жизнь семьи  «керченского стрелка» после трагедии

«Мы ни с кем не общаемся». Жизнь семьи «керченского стрелка» после трагедии

Истории 09 апреля Сергей Ильин

По следам керченской трагедии активно обсуждали родных стрелка Влада Рослякова, пытаясь понять, что стало причиной его поступка. Ясного и внятного ответа общественность не получила, зато семью Росляковых эта история окончательно уничтожила. Журналистам «Октагона» удалось найти всех близких школьника-террориста и узнать, как и чем они живут.

Керченский «Колумбайн» взбудоражил страну. 17 октября 2018 года стало для Керчи роковым. Студент политехнического колледжа Влад Росляков устроил массовую стрельбу и убил двадцать человек. Потом застрелился сам.

Мать: живёт и работает инкогнито

Сначала говорили о взрыве газа, затем, о нападении террористов. К колледжу экстренно выехали медики и военные. Учителя и врачи помогали донести выживших до карет скорой помощи, которые везли их в ближайшие больницы. Мест на всех не хватало, и раненых детей повезли в онкодиспансер, который находится в другом районе. Одной из первых их встречала санитарка Галина Рослякова.

Она ещё не знала, что именно её сын устроил кровавую бойню. Не знала и того, что через несколько часов она отправится на допрос, а затем с нервным срывом попадёт в психиатрическую больницу. Тем более она не догадывалась, что её жизнь прежней уже не будет.

В психиатрической больнице Галина пролежала около двух недель. За это время в городе побывали журналисты со всего мира. Они пытались разыскать родственников «керченского стрелка». Смогли найти и пообщаться почти со всеми, кроме Галины. Многие пытались её разыскать, но она будто в воду канула. Её не было нигде. Соседи в доме, где они с Владом снимали квартиру, утверждали, что она навсегда уехала из города и сменила имя. Но это не так.

Главный вход в керченский колледж после трагических событий 2018-гоГлавный вход в керченский колледж после трагических событий 2018-гоФото: СК РФ/РИА Новости

Всё время после трагедии Галина продолжала жить и работать в Керчи. После выписки из лечебницы она снова захотела вернуться на работу в свой онкодиспансер. Руководство сперва было против: оно думало, что после произошедшего женщина слегка не в себе. Но за Галю попросили её коллеги. Они пошли к главврачу и сказали, что Росляковой нужно непременно помочь. В коллективе она всегда была на хорошем счету, ни с кем не конфликтовала, и руководство всё-таки приняло её обратно.

Галина вернулась на свою старую должность санитаркой в приёмный покой. По словам сотрудников больницы, о произошедшем она вообще ни разу не говорила. Как будто ничего и не было. Только стала ещё более замкнутой. Женщина и до этого была не особо общительной, а теперь совсем закрылась. Ведёт себя тихо, лишнего слова не проронит. Коллеги не затрагивают тему массовой стрельбы, хотя почти у каждого куча вопросов. Все опасаются, что Галина просто-напросто наложит на себя руки.

«Налицо нервный срыв. И, скорее всего, невроз. Она не в себе. Мы стараемся не трогать её, – рассказывает «Октагону» сотрудница онкологического диспансера Анна (имя изменено).

Из своего кабинета Галина выходит редко, а после работы сразу же спешит домой. Раньше они снимали с Владом небольшую квартирку в частном доме. После возвращения из больницы жить там она больше не смогла. Всё напоминало о сыне, и Галя навсегда покинула этот дом.

«Вообще она всегда была странной. Двери никогда не открывала. Никогда ни с кем не разговаривала, ни с кем на контакт не шла», – вспоминают местные почтальоны.

Учитывая масштабы трагедии и градус горя родителей погибших, ФСБ настояла на том, чтобы мать виновного сменила имяУчитывая масштабы трагедии и градус горя родителей погибших, ФСБ настояла на том, чтобы мать виновного сменила имяФото: Сергей Мальгавко/ТАСС

Местное управление ФСБ то ли вошло в положение несчастной женщины, то ли в попытке предотвратить новую трагедию уговорило Галину сменить имя. Что-то вроде программы защиты свидетелей. По словам врачей, после того как Галя вернулась к ним работать, их посетили сотрудники ФСБ. Сказали, что у неё теперь новые имя и фамилия и разглашать их никому не стоит. Врачи всё поняли и держат новое имя коллеги в строжайшим секрете. Хотя между собой по старинке зовут её Галей.

Молчит и ушла в себя и бабушка Влада по отцу – 78-летняя Галина Рослякова. Невестка строго-настрого запретила ей разглашать её новое имя и вообще общаться с кем-либо на тему Влада. Но пожилой женщине уже не до этого. Осенью 2019 года к ней пришло новое горе – умер её сын, отец Влада.

Отец: умер безродным

Игорь долгие годы пил и практически не работал. Перебивался редкими заработками грузчиком. Несколько лет назад на стройке упал и повредил голову. После этого начались проблемы с психикой. Игорь стал частым гостем психиатрической больницы. С сыном он практически не общался, с женой и подавно. Жили они с матерью в одном подъезде, в квартирах напротив. К матери редко, но заходил. Та кормила его и иногда давала денег. На них он и пил у себя в квартире. После трагедии в колледже Игорь запил ещё сильнее. Попойки и шумные компании стали обыденностью. Последняя закончилась для Игоря плачевно: его избили и ограбили.

События в Керчи отозвались болью у всех россиян. Акция памяти погибших в Александровском садуСобытия в Керчи отозвались болью у всех россиян. Акция памяти погибших в Александровском садуФото: Yuri Kochetkov/EPA/TASS

«Это произошло в его квартире. Он жил напротив. Ничего не слышно было. Быстро всё случилось. Я вызвала полицию, они приехали», – рассказывает «Октагону» мать Игоря Рослякова.

Летом прошлого года Росляков пригласил к себе друга детства Вадима Бутова. А Вадик ещё притащил своего приятеля Мишу. Втроём они прилично напились, а после повздорили, и Михаил сильно избил Игоря. А друг детства Вадик стащил последние деньги с полки. Игорь не выдержал такого обращения с собой и написал заявление в полицию. Вадима задержали и осудили, а вот Миша пропал бесследно. Его так и не нашли. После удара Игорь Росляков стал чувствовать себя ещё хуже, лёг в больницу и 24 октября 2019 года умер.

«Он вообще тоже лежал в дурке. Он пил, пил, пил и допился. И там, видимо, он и умер. Его хоронили как безродного. Оставили в морге и ждали, когда накопятся трупы. Вот накопилось человек пять, и его похоронили со всеми вместе», – говорит сестра Вадима Бутова Наташа.

В морге тело Игоря пролежало несколько дней. У матери не было денег на похороны сына. Через некоторое время Игоря похоронили в общей могиле для безродных.

У пожилой женщины после этого окончательно подорвалось здоровье – замучили постоянные мигрени, и она слегла. До этого женщину можно было встретить в старом парке, где она частенько выгуливала своего пса. Сейчас она никуда не выходит и постоянно вспоминает о сыне и внуке, рассматривая их детские фотографии. Теперь у неё остались только пёс, кот и тяжёлый груз воспоминаний – как и у всех свидетелей трагедии.