Европа переживает кризис идентичности

• Европа не справляется с собственной безопасностью
• Старый континент балансирует на краю мигрантского кризиса

Попытка европейского руководства объединить Европу в борьбе с общим внешним врагом приводит лишь к ещё большему расколу внутри гражданского общества, осознающего факт отказа политических элит от интересов европейцев в угоду собственным выгодам. В то же время жители Старого света ищут и никак не могут найти достойную и наилучшим образом отражающую их интересы и взгляды альтернативу, идентифицировать себя с какой-либо политической или иной силой, способной представлять идеи большинства. Виною этому в том числе традиционная нехватка идей и концепций, способных заполнить разрыв между различными группами европейцев на национальном и общеевропейском уровне, и сформировавшая глубочайший за последние десятилетия кризис европейской и национальной идентичности.

Кризис, который всё чаще выходит на поверхность в форме уличных столкновений, воинственных демонстраций, стычек с полицией, вандализма и провокаций – разменной монеты для политиков и простых активистов. В этой ситуации поводом для конфликта может стать любая мелочь, будь то футбольный матч или очередной противоречивый законопроект, молодёжная потасовка или акт неповиновения полиции. Пробелы в образовании и воспитании, отсутствие сдержанности и уважения к оппонентам, жестокость как часть повседневной медийной и развлекательной культуры довершают картину, обостряя и без того непростые отношения между конфликтующими группами внутри общества.

Осторожно, высокое напряжение!

В Италии историческое противостояние условных «фашистов» и «антифашистов» давно вышло на государственный уровень, где правоцентристское руководство по примеру союзников из США сегодня стремится защитить представителей «правых» и крайне правых группировок, и осудить левацких активистов. Миграционный кризис и споры о совместимости культуры мигрантов и европейских ценностей остаются в стране пока что на уровне дебатов и периодических столкновений, актов вандализма и демонстраций, тогда как актуальнейшие в Германии разговоры о «ре-эмиграции» (насильственном возвращении не интегрированных и нарушающих закон мигрантов на родину) не выходят за рамки телевизионных экранов. Рост правого популизма и разговоры о необходимости защиты традиционной национальной идентичности от глобализации, исламизации и мультикультурализма остаются на уровне периодических, хоть и не всегда цивилизованных демонстраций – ситуация в стране на политическом уровне пока что спокойна, за исключением отдельных эпизодов столкновений «националистов» и левых радикалов. Тем не менее очевидно, что многие не привыкшие к расистским и националистическим лозунгам «умеренные» итальянцы, начинают ощущать явный дискомфорт и потерянность на фоне ухудшения экономической ситуации и усложнившейся криминальной обстановки. Винить в этом мигрантов или Россию, как это активно навязывает руководство страны, хотят не все, и на повестке дня вновь и вновь встаёт вопрос о том, чего на самом деле хотят итальянцы и та ли политическая элита их представляет. Большинство жителей Апеннинского полуострова относятся к этим вопросам с присущей нации иронией, что, вероятно, и спасает страну от происходящего в Италии.

Экономический спад усиливает чувство неуверенности у социально уязвимых и «умеренных» итальянцев.Фото: Alex Proimos/Flickr/CC BY-NC 2.0

А в соседней Франции ситуация давно уже стоит на грани социального взрыва. Беспорядки, спровоцированные убийством группой левых экстремистов юного националиста Кантена Деранка в Лионе, говорят от том, как далеко зашло противостояние между левыми и правыми политическими движениями в стране. После инцидента огромная толпа разъярённых националистов осадила бар своих политических оппонентов из движения «антифа», требуя с огнём в руках расправы за смерть своего товарища.

Полиция выяснила, что среди членов группировки, ответственной за смерть Деранка, оказалось сразу три человека, числившихся парламентскими помощниками депутата Национальной ассамблеи из партии «Непокорившейся Франции» (LFI) Жан-Люка Меланшона – тревожный сигнал, свидетельствующий о том, что насилие является абсолютной нормой для современного политического истеблишмента страны, не потрудившегося осудить убийство Деранка. Уличные драки и политический террор для многих французов превратились в инструмент гражданского самовыражения в поисках собственной политической и социально-культурной идентичности.

Три Франции

Убийство молодого националиста антифашистами – лишь один из эпизодов скрытой гражданской войны, которая продолжается во Франции в течение последних десяти лет. Террористические акты, движение «жёлтых жилетов», бесконечные и порой фатальные эпизоды столкновений с полицией, непопулярные политические реформы широкого общественного резонанса и отдельные акты насилия и противостояний – всё это с очевидностью указывает на высочайшую степень напряжения, охватившую французское общество, и периодически прорывающегося на поверхность.

Политолог и специалист по Франции Фабрицио Аньоккетти утверждает, что французское общество сегодня разделено на три противоборствующие части. В её центре и основе находится классическая «старая» Франция в её республиканской светской фазе развития, с её «белой» или мультиэтнической (но полностью ассимилированной) составляющими, которые являются универсальным воплощением французского сообщества в мире, мотором продвижения гражданских прав и свобод в их традиционном понимании. Эта Франция открыта миру и с готовностью защищает ценности и принципы ЕС и других международных институтов.

За последние двадцать лет, как считает политолог, в стране появились ещё две совершенно противоположные культурно-национальные идентичности. Мультикультурная и по большей части мультиэтническая Франция, сформированная в основном за счёт мигрантов и их детей, называет себя «креольской» – в основе этой Франции сплав этносов и культур, формирующих «креольскую» модель, которая радикальным образом противопоставляет себя классической, традиционной Франции. В старой доброй Франции «креолы» видят источник скрытого расизма, супрематизма, империализма и колониализма белой расы, закрытой к любым переменам, в том числе культурного и сексуального характера. «Креольская» идентичность Франции не хочет быть частью мирового колониалистского империалистического сообщества, проектирующего на национальный уровень проблемы экономического неравенства и расистских, культурных и сексуальных предубеждений. Это условно светское, но на деле по большей части мусульманское сообщество.

Антагонистом «креольской» Франции является её националистическое ответвление, некий эквивалент американского движения MAGA (Make America Great Again), наследники партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен в её первородной форме. Несмотря на общее предубеждение о том, что эта часть Франции является полностью националистской и фашистской, её идеологическая основа лежит в дореволюционной Франции крестьянства и буржуазии, выступавших против Великой Французской Революции и идей Просвещения. Это «белая», католическая и псевдо-монархическая Франция.

И, тогда как «классическая» Франция не сосредотачивается на вопросах этнической или религиозной принадлежности, «креольская» и «националистическая» Франции делают из этих трёх вопросов основу для противостояния и бесконечных идеологических столкновений. Невозможность найти точки соприкосновения и объединить эти три Франции общей национальной идеей являются причиной постоянных поисков национально-культурной идентичности страны и источником внутренних конфликтов, где насилие и полное отсутствие толерантности и готовности к уступкам не порицается, а является предметом гордости и признаком идеологической верности.

Наиболее вероятным сценарием развития для этой крайне неспокойной Европы может стать постепенный и натуральный отказ от навязываемых сверху и всё чаще противоречащих национальным интересам общеевропейской политики и принципов, и поэтапный возврат к более локальным или национальным идентичностям. Вопрос в том, сможет ли каждая из наций преодолеть внутренние противоречия и выйти на единую для всех культурно-ценностную идентичность, способную сформировать руководящий класс, действующий во благо своих граждан.