Почему за роботами нет победы

Почему за роботами нет победы

Война 04 мая Алексей Анпилогов

Картина «войны будущего» на протяжении уже тридцати пяти лет, начиная со времени выхода на экраны первого «Терминатора», рисуется одними и теми же красками: антропоморфные или не очень роботы идут и летят на человеческого противника, сминая на своём пути непрочные биологические заслоны. Итоговая картинка обычно тоже безрадостна: технологически развитый, роботизированный противник запирает людей в какой-то «последней крепости» наподобие города Зиона из последней части «Матрицы», после чего уничтожает остатки человеческого сопротивления.

Современная война по-прежнему ведётся людьми и против людей при достаточно скромном участии разумных или хотя бы «умных» боевых машин. Почему это происходит? Попробуем наглядно объяснить, где лежит «кощеева игла» несовершенства роботизированных солдат.

От войны моторов к войне разумов

Вторую мировую войну и предшествующие ей два десятилетия не без причины называли войной моторов. За два межвоенных десятилетия 1920–1930-х годов армии стран мира изменились больше, чем за полвека до этого. Если Первая мировая война ещё во многом была войной пехоты, то Вторую мировую уже невозможно себе представить без танков и самолётов, авианосцев и первых ракет.

Мобильная энергия изменила рисунок войны, превратив медленное передвижение пехоты и гужевого транспорта в стремительные наступления танковых клиньев и полёты самолётных эскадрилий, рейды подводных лодок и удары авианосных групп.

До сих пор мы живём именно в такой логике войны, опираясь на оперативно-тактические и стратегические наработки более чем полувековой давности.

Слабым звеном в ней оказался сам человек, который находится на поле боя в окружении этого смертоносного металла, заряженного чудовищной энергией. За последние десятилетия большинство развитых стран потеряло возможность воевать без оглядки на человеческие потери, хотя бы исходя из собственной демографической динамики. Ещё одним фактором стала высокая стоимость человека с ружьём, когда простейшую винтовку Мосина сменило современное вооружение.

Согласно исследованию корпорации RAND, опубликованному в 2018 году, стоимость полного цикла обучения одного пилота для военного транспортного самолёта С-17 Globemaster – около 1,1 млн долларов США, а пилота истребителей пятого поколения, таких как F-22 и F-35, – более 10 млн долларов.

Обучение военного пилота боевым вылетам на F-22 оценивается в 10 миллионов долларов США.Обучение военного пилота боевым вылетам на F-22 оценивается в 10 миллионов долларов США.Фото: Michael Fitzsimmons/Shutterstock

Поэтому встал вопрос замены живого человека на некий искусственный конструкт. Искусственный интеллект (ИИ) должен был заменить бойца и с достаточной степенью ответственности и разумности начать взаимодействовать со сложным и мощным оружием начала XXI века. Однако этого до сих пор так и не произошло – экономика замены человека «умным» роботом забуксовала на ухабах реальности.

Искусственный интеллект или искусственный идиот

Вокруг дилеммы «можно или нет доверить роботу процесс убийства человека?» сегодня выстраивается большая часть дискуссий об использовании ИИ на поле боя. При этом слово «доверить» используется не только для описания моральной стороны вопроса, но и для обычного, достаточно утилитарного момента: способна ли экспертная система ИИ правильно оценить всю сумму факторов на быстро меняющемся поле боя?

Речь, конечно же, идёт отнюдь не о каких-нибудь системах самонаведения, которые используются в большинстве сложных систем вооружений ещё с начала 1970-х годов.

Такой очевидный подход к совершенствованию оружия уже давным-давно реализован и исчерпан, он породил известную концепцию «выстрелил и забыл». Однако такого рода системы вооружения отнюдь не являются «умными», а лишь относятся к классу запрограммированных машин (англ. pre-programmed machines). Решение о применении такого оружия всё равно остаётся за человеком, хотя цепочка принятия самого решения может выглядеть достаточно нетривиально. И может, в свою очередь, опираться на массив информации, полученный через такие же сложные запрограммированные машины – например, радары или тепловизоры.

Главная проблема – все варианты ИИ хорошо действуют в условиях контролируемого окружения, которое можно свести к определённому оцифрованному виду. Например, уже сейчас можно построить тестовое цифровое шоссе, которое будет легко распознаваться автопилотами легковых и грузовых автомобилей, однако до сих пор автопилот недостаточно совершенен даже для уверенной езды в достаточно регламентированном и предсказуемом городском окружении.

Гораздо более сложной задача становится на реальном поле боя, где речь идёт не просто о недостатке информации, а часто – о её сознательном искажении противником.

В этом случае аббревиатура ИИ обращается в свою противоположность – искусственного идиота, который принимает неудачные, а то и откровенно ошибочные решения.

В шуточной форме вопрос об ИИ на поле боя даже как-то прозвучал на одной из первых пресс-конференций Владимира Путина. В 2006 году его спросили: «Собирается ли Россия использовать для защиты государственных рубежей огромных боевых человекоподобных роботов?» Тогда президент не исключил такой вероятности, но резонно добавил: «Без участия человека это невозможно. Главное – это пограничник».

И всё-таки они повоюют!

За девять лет боевых действий армии США в Ираке в ходе двух операций Iraqi Freedom и Enduring Freedom около 52 процентов всех потерь (18,7 тыс. человек) американские войска понесли от атак на свои транспортные колонны, которые в основном везли топливо и пресную воду.

От потребления энергии, причём в форме самого удобного жидкого топлива, Пентагон отказываться не намерен, а значит – будут и колонны снабжения, и неизбежные потери при нападении на них. По официальным данным Пентагона, сегодня американские военные потребляют около 300 тыс. баррелей моторного топлива ежесуточно, что больше ежедневного потребления Украины. К 2025 году 25 процентов этой энергии планировалось получать из возобновляемых источников, но пока что, как говорится, воз и ныне там.

В ходе операций Iraqi Freedom и Enduring Freedom около 52 процентов всех человеческих потерь американские войска понесли от атак на транспортные колонны.В ходе операций Iraqi Freedom и Enduring Freedom около 52 процентов всех человеческих потерь американские войска понесли от атак на транспортные колонны.Фото: Jose Luis Magana AP/TASS

Это новое поле боя для различных «умных» роботов, использующих ИИ. Американские военные ведут испытания пусть ещё не шагающих смертоносных терминаторов, но уже «ходячей системы поддержки отделения» (англ. Legged Squad Support System, LS3) – робота, способного перемещать до 180 килограммов грузов и базирующегося на разработках Boston Dynamics. Их английские коллеги используют более привычные колёсные и гусеничные шасси, но суть их разработок практически аналогична – роботы Viking и Titan должны перевозить 750–800 килограммов груза по бездорожью со скоростью до 50 километров в час и иметь автономность около 10 часов.

«Умная» тележка или даже весёлый вьючный «мул» от Boston Dynamics выглядят гораздо менее эпично и зрелищно, нежели охотники из трилогии «Матрица», которые летали, били электрическими молниями и разрывали на куски боевых человекоподобных роботов с живыми пилотами внутри. Но, пожалуй, войны роботов пока будут идти в конвойных колоннах, а не на оживлённом и непредсказуемом поле современного боя.