Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире Все записи автора
Дмитрий Ольшанский
11 мая 2020

Три Дня Победы

Наш главный праздник, как будто бы неизменный, на самом деле меняется вместе со временем.

Он был одним, стал другим, и даже радикально другим. И может быть, его ещё ждёт новое превращение.

Тот прежний День Победы из двадцатого века, существовавший с шестидесятых годов примерно до конца столетия, был торжеством самих участников этой великой драмы, их – хоть это слово и покажется странным – удивительным карнавалом.

Их было много. Они были – по нашим нынешнем меркам – молодыми. И они проживали свою трудную советскую жизнь, почти всегда – бедную, часто – незаметную, и никаких серьёзных подарков они не имели от того государства, не выиграли – в отличие от ветеранов, например, американских, – себе никакого достатка, холёной уверенности и уж тем более повседневного почёта, а в первые двадцать лет после войны и вовсе были в этаком полузапрете.

Возможно, причина в том, что это сообщество некогда вооружённых мужчин, прошедших самое страшное испытание в новой истории, пугало власти, им хотелось его слегка сдвинуть в тень.

Возможно, победный миф, новый праздник создавал хоть и неявную, но опасную конкуренцию официальному 7 Ноября, в нём чувствовалось что-то другое, что-то более важное, чем надоевший к тому моменту культ революции. А может быть, само грубое пренебрежение советской власти к отдельному живому человеку – любому – делало неизбежным и это прохладное отношение к победителям.

Иными словами, когда они были живы, они жили скромно.

Но был один день в году, только один – когда всё вдруг переворачивалось.

И смысл того Дня Победы – помимо больших и банальных слов о войне, мире, подвиге – состоял именно в этом триумфальном, грандиозном переодевании, когда эти вроде бы маленькие советские люди оказывались королями и королевами, когда они гордо выходили вперёд и находили друг друга, чтобы потом опять исчезнуть до следующего мая и снова стать просто маленькими людьми, спрятанными в тяготах советской жизни героями.

Ветераны были как те весенние цветы, что появляются в один короткий момент – и вот они прекрасней всех, а вот их уже и нет.

А потом пришло время, когда их и правда почти не стало, и День Победы мог уйти вместе с ними, физически отмениться – но вместо этого у него создалась вторая жизнь.

9 Мая двадцать первого века – уже не про встречу победителей, а про единство их наследников, как в общей радости, так и в подробностях семейных воспоминаний и череде конкретных портретов, создающих одну мозаику, один хор.

Это день нации. Русский аналог американского Дня независимости или французского Дня взятия Бастилии.

Раз уж 7 Ноября, к счастью, забыто, 12 Июня так и осталось мрачным недоразумением (от кого освободились-то? от самих себя?), и даже неплохая идея с 4 Ноября так и не сыграла, не состоялась, то именно этот праздник сделался национальным фундаментом, и наша огромная удача состоит в том, что его витриной в этом новом воплощении стал «Бессмертный полк», соединяющий коллективное – с личным, пафосное – с негромким, но зато уникальным, каким бывает любое сохранённое потомками родное лицо.

Конечно, в таких масштабных делах не бывает без перебора.

И потому неизбежно, что каждый год возникают какие-то странные и смешные новости – то стриптиз для воинов-победителей, то ряженые сумасшедшие в чужих орденах, то детский сад позирует в форме, с игрушечными автоматами, то фотографии немецких и финских солдат под видом красноармейцев на стенах домов и рекламных щитах, а то школьница, стоящая на гвоздях в знак уважения к ветеранам. И каждый раз это повод повозмущаться – для той стороны общества, на которой принято осуждать так называемое победобесие и самым надменным образом возвышаться над пошлостью и китчем, свойственным массовому гулянью.

Напрасно.

Дело в том, что прошлое воевало, страдало, погибало и побеждало именно для того, чтобы будущее имело право на беспечность, на глупое веселье, на ту праздничную суету, где всегда обнаруживаются и недоразумения, и вульгарность.

Жизнь вообще вульгарна, и уж тем более – когда она мирная, когда она хороша.

Жизнь так устроена, что из неё невозможно нацедить одну только правильную, стильную скорбь. И если во время войны у человека – кроме выживания, кроме простых и боевых его задач – есть какая-нибудь дальняя, даже более дальняя цель, чем сама победа, то она заключается в том, чтобы после войны можно было смеяться, плясать, безнаказанно ошибаться, да хоть стоять на гвоздях, только не воевать.

Так что даже в самых сомнительных, самых пошлых деталях современного 9 Мая эта цель достигнута.

На этом хочется поставить точку.

Но не получается.

Потому что приходится сказать, что и эта счастливая и беззаботная жизнь главного русского праздника может оказаться небесконечной.

В России ничто не навсегда, и нет оснований считать, что здесь никогда не растеряется государство, не поменяется сам порядок вещей, и наше возможное тёмное завтра, ну пусть послезавтра, не отразится на этом, казалось бы, вечном дне.

И если такое случится, если очередной приступ бессмысленного и обречённого подражательства, попытка догнать заграницу заставят каких-то ещё неизвестных нам, к счастью, начальников заговорить про мировое 8 мая как правильную годовщину, про то, что не надо радоваться, вздохнули разок для приличия – и к стороне, тогда День Победы ещё раз преобразится, получит ещё одну жизнь.

Почти такую же трудную и драматичную, как и всё то, с чего он, собственно, начинался.

Жизнь, полную сопротивления и борьбы.

Хочется, чтобы так не было.

Ну а пока всё по-прежнему – надо ценить этот момент самого лучшего и самого чистого русского триумфа, этот изменчивый, но всё-таки вечный день.

 

Другие записи автора

19 июня 202110:10
Заграница не поможет
Всякий раз, когда начальник России встречается с начальником Америки на торжественном саммите, приходится видеть целое море интеллигентских скептических реплик, весь смысл которых укладывается в одно раздражённое соображение: придёт ли, наконец, тот великий день, когда мы бросим все эти наши вечные патриотические глупости – и сделаемся законной частью Запада? Когда мы уже выйдем замуж за правильную заграницу? Ну сколько можно терпеть это наше отдельное, сложное, да ещё и конфликтное – с ней, заграницей любимой, – существование? Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
05 июня 202109:59
В аду Москвы
Принято думать, что в России живут москвичи – и все остальные. И если москвичи живут сыто и счастливо, то все прочие – трудно и горько, и потому эти другие – ненавидят москвичей, клацая зубами, а те даже и не знают об этих сильных чувствах, беззаботно гарцуя по своим бульварам и ресторанам. Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
24 мая 202108:00
Пустота имени Сахарова
Москва – несчастный город, её всю разломали, но даже и здесь, в нашем почти что снесённом историческом центре, есть одно место, которое поражает своим выдающимся безобразием. Это огромный проспект, ведущий от Трёх вокзалов к Чистым прудам. Брутальные, циклопические здания каких-то позднесоветских учреждений стоят там, словно бы они – это архитектурное творчество каких-то инопланетных ящеров, почему-то прилетевших на Ленинградский вокзал, – и, главное, вокруг этих гигантских коробок нет ничего и никого. Там нет торговли, нет ресторанов, нет людей, нет никакой жизни, и только ветер свистит в пустоте. Это место – может быть, самое скверное в столице, – называется проспектом академика Сахарова. Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
11 мая 202112:20
Всем всё запретить
Почти десять лет мы живём в мире запретов. Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
27 апреля 202108:36
Время то и время это
Каждая эпоха – помимо собственного стиля, идей или «воздуха», – живёт в своём ритме. Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
16 апреля 202109:36
Что у нас отняли
Старая Россия, Россия добезцаря – до сих пор отличный повод поссориться. Дмитрий Ольшанский Записки о сложном мире
Читайте также