Иностранный легион а-ля рюсс

Иностранный легион а-ля рюсс

Война 07 апреля Сергей Загатин

Французский Иностранный легион овеян противоречивой славой, в которой сплелись романтика интернациональной «добровольческой элиты» и цинизм жестокого обращения, высоких потерь и аморальности боевых задач. Созданный в 1831 году Легион с самого начала был подразделением, которое планировалось использовать только за пределами Франции. Потому его комплектовали наёмными солдатами любых национальностей, чтобы отправить их «на край света» и не опасаться дезертирства. Немало было в нём и выходцев из России, по-русски Легион говорит до сих пор.

Первая волна: 1914–1945 годы

Пожалуй, самое известное художественное произведение об Иностранном легионе – написанный незадолго до Первой мировой войны роман англичанина Персиваля Рена «Похороны викинга». В нём описывается национальный состав типичного подразделения легионеров – есть все, от итальянцев до американцев. Нет только русских. И это достоверно: русские в Легионе появились чуть позже, но зато сразу в больших количествах.

Бойцы Иностранного легиона в Ливии, 1943 годБойцы Иностранного легиона в Ливии, 1943 годФото: ASSOCIATED PRESS/TASS

Начало Великой войны ознаменовалось подъёмом российского добровольческого движения – многие россияне захотели помочь сражающейся Франции в её борьбе против германского вторжения. Тысячи подданных Российской империи пошли во французскую армию, но их ждал неприятный сюрприз – идеалистические соображения добровольцев воспринимались настороженно, и вместо зачисления в ряды кадровых войск волонтёров направляли в Легион, где использовали в основном в качестве «пушечного мяса» на самых тяжёлых участках фронта.

Такое отношение вызвало в среде русских недовольство и ропот, они требовали перевода из Легиона в «полноценные» части. Пиком чёрной французской неблагодарности стала Орлеанская трагедия – расстрел девяти русских легионеров «за нарушение дисциплины». Их последними словами стали: «Да здравствует Франция, да здравствует Россия! Будь проклят Легион! Долой его!»

«Желающих сначала оказалось немного  из более чем 11-тысячной массы русских добровольно легионерами согласились стать немногим более 200 человек. Раздосадованное этим, французское командование поставило перед русскими жёсткий выбор: Легион, направление на изнурительные тыловые работы или принудительные работы в Северной Африке. Массовые прошения с желаниями уехать домой были отклонены».

Сергей Балмасов | «Иностранный легион» Сергей Балмасов
«Иностранный легион»

После Октябрьской революции положение русских солдат во Франции ещё больше ухудшилось – они теперь рассматривались как нечто среднее между предателями (из-за сепаратного Брестского мира, заключённого большевиками с немцами) и пленными. Историк Сергей Балмасов в своей книге «Иностранный легион» пишет, что французское командование официально предложило прежним чинам русских экспедиционных корпусов вступить в Иностранный легион.

«К 1917 году русские стали наиболее многочисленными солдатами Легиона, уступая по количеству только итальянцам».

Репрессии увеличили приток русских «добровольцев» в Легион, через него за время Первой мировой войны прошли 5242 русских бойца. Русские стали наиболее многочисленными солдатами Легиона, уступая по количеству только итальянцам. Легионерами являлись будущий маршал Советского Союза Родион Малиновский, Зиновий Алексеевич Пешков – приёмный сын Максима Горького и настоящая легенда Легиона – его первый генерал-русский. Легионером был и Самуил Шварцбурд, революционный политэмигрант и будущий убийца Симона Петлюры.

Зиновий ПешковЗиновий ПешковФото: Википедия

Нетрудно догадаться, что новая волна русских пополнила Иностранный легион после окончания Гражданской войны в России. Бывшие белогвардейцы, профессиональные солдаты, часто предпочитали унизительному низкооплачиваемому труду привычную военную службу, хоть бы и в самых тяжёлых условиях. Количество русских, служивших в те годы в Легионе, было таково, что кавалерийский полк часто называли русским или казачьим. В среде коллекционеров оружия раритетами считаются русские шашки, «одетые» во французские сабельные «приборы».

Вторая волна: после 1945 года

Поток русских добровольцев в Легион после Второй мировой войны был не так велик, хотя тоже довольно значителен. Его особенность – «маскировка» выходцев из СССР под другие национальности. Руководство Франции во избежание осложнений с Москвой не рекомендовало брать на службу бывших власовцев, казаков-коллаборационистов, эсэсовцев из украинских, прибалтийских и азиатских формирований. Но особо щепетильных проверок не было, никто не мешал русскому «стать» поляком или болгарином, а латышу – финном. Многие писались немцами, первые десятилетия после 1945 года немцы, настоящие и «советские», составляли до 40 процентов численности Легиона.

©octagon.media, 2020©octagon.media, 2020

Одна из самых забавных баек про русских – массовое зачисление самых настоящих советских солдат (отнюдь не власовцев) в Легион. Воспоминания Яна Сперксиса, который якобы был участником тех событий, приводит Сергей Балмасов. Суть легенды такова: в 1960 году три тысячи советских военнослужащих было направлено в Бельгийское Конго для участия в антиколониальном восстании Патриса Лумумбы под видом интернационалистов. Однако обстановка менялась слишком быстро, и корабль «Кронштадт» был вынужден пытаться высадить десант не в свой порт, а на уже занятые бельгийцами позиции, под сильным огнём противника. В полном составе отряд «интернационалистов» попал в плен, тайные переговоры об их освобождении затянулись, и деморализованным военным, решившим, что их все бросили, предложили вступить в Легион. Им ничего не оставалось, кроме как согласиться, вскоре многие из них погибли в Алжире. «Правдоподобность» этой истории комментировать бесполезно.

Третья волна: после 1991 года

В Легионе есть пословица: «Когда в России дела совсем плохи, Легион начинает говорить по-русски». По данным на 2017 год, чуть ли не четверть легионеров – россияне (и это не считая украинцев, белорусов, русских из Прибалтики и прочих).

Российские миротворцы в Боснии, 1996 годРоссийские миротворцы в Боснии, 1996 годФото: Владимир Гурин/ИТАР-ТАСС

В условиях экономической нестабильности 90-х годов, массовых сокращений бывшей Советской армии и открывшихся границ многие молодые мужчины из СНГ с боевым опытом афганской, чеченской и прочих локальных войн рванули в Легион. 90-е отправили в Легион множество лиц, скрывающихся от правосудия или мести своих же товарищей по криминальному бизнесу. Эта русскоязычная волна достигла своего пика к началу 2000-х и начала спадать к 2010 году по одной простой причине – в России появилась какая-никакая, но стабильность, а Российская армия наконец-то выползла из тотальной нищеты, и военная служба стала престижной.

Несмотря на то, что масштабные боевые действия, подобные войнам в Алжире или Индокитае, французская армия уже не вела, многим из русских легионеров довелось понюхать пороху в миротворческих операциях в Югославии, Мали и Ираке.

Солдаты Иностранного легиона на параде в честь Дня взятия БастилииСолдаты Иностранного легиона на параде в честь Дня взятия БастилииФото: DreamSlamStudio/Shutterstock

Сейчас служба в Легионе всё так же считается популярной не только из-за достаточно неплохой оплаты. Есть мнение, что это простой способ обрести французское гражданство. Часто вербовщики завлекают волонтёров обещанием получить его уже после трёх лет службы – но это не совсем правда. Спустя три года можно лишь подать прошение о гражданстве, а удовлетворяют его очень нечасто. После окончания первого контракта можно получить только вид на жительство.

Сегодня, когда десятки тысяч выходцев из стран Леванта получают этот вид на жительство одним фактом своей высадки на французскую землю, Легион почти утратил привлекательность для тех, кто стремится через него натурализоваться во Франции. Война в Донбассе и хаос, в который погружается Украина, уже стали причиной новой волны российских и украинских добровольцев в Иностранный легион. Впрочем, для французов все эти новые люди всё равно привычно будут «русскими».