Немецкие фонды могут попросить из России

Немецкие фонды могут попросить из России

Политика 05 апреля Григорий Кудинов

Обострение отношений между Берлином и Москвой может отразиться на деятельности немецких НКО в России. По данным «Октагона», сигнал о более аккуратной работе с российской политической повесткой получили сразу несколько связанных с Германией фондов.

Дипломатическое напряжение между Берлином и Москвой официально обозначилось после высылки немецких дипломатов из Москвы. МИД РФ предъявил Германии претензии в связи с тем, что представители немецкого посольства принимали участие в протестных акциях 23 января в Москве. Канцлер Германии Ангела Меркель, в свою очередь, заявила, что осуждает это решение.

На неофициальном уровне отношения между Россией и Германией заметно охладели после того, как немецкая сторона отказалась предоставлять исчерпывающие данные по истории с якобы имевшим место отравлением Алексея Навального. Сам Навальный, несмотря на свой условный срок, получил возможность выехать в Германию на лечение и пребывал там в статусе «гостя канцлера». При этом МИД РФ и Генпрокуратура несколько раз просили ознакомить их с материалами, которыми располагает Германия, однако в ответ получили только достаточно туманное заключение экспертов Организации по запрещению химического оружия.

Высылку дипломатов, судя по всему, можно считать официальным ответом России на демарш немецкого правительства. Однако, очевидно, должна была последовать и неофициальная реакция. Более чётко сформулированный сигнал от Кремля конкретно Рейхстагу и лично Меркель, который дал бы ей понять, что от неё ждут более компромиссной позиции и уступок.

По данным «Октагона», такой реакцией может стать введение режима «нулевой толерантности» по отношению к государственным и окологосударственным немецким НКО и фондам, которые работают в России.

Московским представительствам ключевых немецких фондов со Старой площади уже пришла рекомендация не проводить до сентябрьских выборов в Государственную думу мероприятия, имеющие политический контекст. Однако представители канцлера и сами фонды рекомендацию восприняли не как просьбу, а как угрозу своей работе в РФ.

В России работает несколько десятков немецких НКО. Тематика их деятельности максимально обширна. Входит в неё и политическая активность, мониторинг общей ситуации и целый набор гуманитарных программ, нацеленных на изменения в России, которые немцам представляются важными и необходимыми. Среди таких НКО на слуху Фонд Конрада Аденауэра, связанный, как считается, с Христианско-демократическим союзом (ХДС), который уже почти 20 обеспечивает Меркель кресло канцлера; Фонд имени Фридриха Эберта (FES), связанный с Социал-демократической партией Германии, которая также входит в коалицию Меркель; НКО партии «Зелёных» (Она усиливает своё влияние в Германии. – τ.); Фонд Генриха Бёлля, а также представляющий немецкое либеральное крыло Фонд Фридриха Наумана (Свободная демократическая партия Германии); Фонд Ханнса Зайделя (баварские союзники ХДС) и представители так называемых новых левых – Фонд Розы Люксембург.

Христианско-демократический союз уже почти 20 лет обеспечивает Меркель кресло канцлера.Христианско-демократический союз уже почти 20 лет обеспечивает Меркель кресло канцлера.Фото: CLEMENS BILAN/EPA/TASS

Большинство этих организаций находятся на полном финансировании немецкого федерального правительства – как если бы в Германии существовали НКО «Единой России» или КПРФ, с учётом того, что в России, как и у немцев, по закону политические партии финансируются в том числе за счёт федерального бюджета. В Минюсте они зарегистрированы как иностранные НКО, поэтому большинство из них не имеет статуса иностранного агента.

В круг интересов официальных немецких политических НКО в России входит мониторинг общеполитической ситуации и претворение в жизнь многочисленных гуманитарных программ. Результаты такой работы несколько раз могли наблюдать все граждане России. Например, история с уренгойским школьником Колей, который во время выступления в бундестаге подверг сомнению степень вины рядовых военнослужащих армии нацистской Германии в зверствах, совершаемых ей в России во время Великой Отечественной войны.

По данным ямальских коммунистов, именно Фонд Эберта оплачивал и готовил поездку уренгойских гимназистов в бундестаг.

Часто «политические» фонды Германии выступают и в качестве операторов денежных траншей, которыми оплачиваются работа по сбору данных в открытых источниках и проведение социологических опросов среди россиян. Уже упомянутый Фонд имени Фридриха Эберта периодически оплачивает работу социологов из «Левада-центра» (организация признана иностранным агентом.– τ). Например, в мае 2020 года в фонде активно интересовались протестными настроениями среди российской молодёжи. Соответствующий опрос «Левада-центра» показал, что подрастающее поколение больше всего опасается войны и наплыва мигрантов и придерживается социал-демократических взглядов. Результаты, полученные социологами, и то, как были поставлены вопросы, дало повод критикам «Левады» назвать этот опрос формирующим мнение, а не попыткой выяснить, о чём реально думает молодёжь.

Впрочем, часто «политические» фонды обходятся и без сторонних подрядчиков. Представляющий немецких либералов Фонд Фридриха Наумана периодически проводит опросы самостоятельно.

Ещё одной статьёй расходов таких фондов является работа с оппозицией. Их представители открыто присутствуют на съездах партий (в России, например, чаще всего у партии «Яблоко») и выражают поддержку или осуждение их решений. На Украине, в Казахстане или Белоруссии, где иностранные НКО долгое время пользовались (а где-то и до сих пор пользуются) большей свободой, немецкие фонды часто обвиняют в прямом влиянии на решения политических партий и финансировании оппозиции. Принято считать, что именно на так называемых «Минских диалогах» Фондом Аденауэра был сформирован руководящий костяк организаторов летних протестов в Минске. С активизацией работы фонда в Белоруссии связывают и появление в политике Марии Колесниковой.

С деятельностью «Фонда Аденауэра» в Белоруссии связывают появление в политике и Марии Колесниковой.С деятельностью «Фонда Аденауэра» в Белоруссии связывают появление в политике и Марии Колесниковой.Фото: AP/TASS

Стоит отметить, что в случае с «политическими» фондами суть и смысл основной повестки их работы не скрывается. Большинство из них работает в рамках программы «Восточного партнёрства» ЕС, и на мероприятиях, которые проводятся под его эгидой, зачастую прямо говорится, что цель – формирование новой политической элиты в странах бывшего Варшавского блока. Через мероприятия и курсы немецких фондов прошли практически все современные украинские политики от Юлии Тимошенко до Виталия Кличко.

В России, которая менее приветлива к подобным формам политической активности, иностранные НКО политическую повестку зачастую ретушируют и маскируют. Новые же негласные правила работы таких фондов в России могут упразднить её полностью.

Это нанесёт серьёзный удар по немецкой дипломатии, которая, в отличие от американской или английской, привыкла работать в относительно легальном поле. Неудивительно, что в ожидании ответной реакции российского МИД немецкие фонды немного приостановили деятельность.

Из четырёх глав «политических» фондов, с которыми попытался созвониться «Октагон», двое оказались недоступны, а двое признались, что уже давно (с начала пандемии) находятся за пределами России. Впрочем, в одной из таких НКО с корреспондентом издания согласились поговорить инкогнито и рассказали, что в ближайшее время никаких мероприятий не планируется. При этом собеседник «Октагона» сослался на пандемию, пояснив, что никаких сигналов о приостановке работы он не получал.

Интересно, что НКО, связанные с правительствами других стран (список заслуг в продвижении «демократических ценностей» которых даже больше), таких же рекомендаций, как структуры ФРГ, не получали. Например, всё спокойно в московском представительстве Фонда Карнеги, связанного с Демократической партией США, то есть с новой администрацией США. Это говорит о сигнале лично Меркель, который она считала и, по словам источников, отнеслась к нему весьма напряжённо.