Белоруссия может достаться Китаю?

Белоруссия может достаться Китаю?

Мир 23 августа Дмитрий Родионов

В начале недели белорусская оппозиция представила состав так называемого координационного совета, который напоминает параллельную властную структуру. Организаторы не стесняются говорить о том, что задача этого органа – трансфер власти, то есть государственный переворот. Осуществлять его будут в том числе представители «китайской партии», которые нашлись в составе координационного совета.

В координационный совет вошли в основном представители прозападных общественных и политических сил. Если цели Запада ясны и очевидны – оторвать страну от России по примеру Украины, то нельзя не учитывать интересы ещё одного серьёзного игрока – Китая, перед которым в контексте Белоруссии стоят иные задачи.

Влияние Китая на белорусскую экономику сегодня огромно. Пекин в течение последнего десятилетия давал Белоруссии по 500–600 млн долларов кредитов в год. Только за период с 2004 по 2014 год долг Минска Поднебесной вырос до 7,6 млрд долларов – это около 20 процентов от общей суммы госдолга страны.

– Кредиты эти, в отличие от российских, в основном связанные: чтобы построить на них, например, завод, нужно купить у Китая оборудование и нанять китайского подрядчика, который его установит. То есть, давая Минску в долг, Пекин наращивает своё присутствие в белорусской экономике, – рассказал «Октагону» историк и политолог Кирилл Бенедиктов.

В 2015 году Си Цзиньпин во время визита в Белоруссию подписал с Александром Лукашенко пакет соглашений на общую сумму в 15,7 млрд долларов. По товарообороту с Белоруссией КНР занимает третье место.

Сотрудничество Пекина и Минска не ограничивается только экономической сферой. В 2015 году после отказа России продать Белоруссии системы «Искандер» со скидкой (или даже бесплатно, о чём, по слухам, просил Лукашенко) китайский ВПК «оказал помощь» далёкому партнёру в разработке РСЗО «Полонез», первоначально оснащённых китайскими ракетами А200.

Стоит отметить, что это обычная тактика Поднебесной – приучать другие страны жить на свои кредиты, скупая местные производства от стратегических отраслей до «мелочей». При этом Пекин никогда не лезет в политику других стран, как Запад. Однако ему это и не нужно – подсаживание других стран на китайскую «кредитную иглу» и без того заставляет их правительства корректировать свою внешнюю политику в соответствии с китайскими интересами.

По словам Кирилла Бенедиктова, Китай, наряду с ЕС, объективно является самым сильным игроком на белорусском поле:

– Это связано с тем, что на протяжении последнего десятилетия Лукашенко ориентировался на Пекин как на игрока, способного помочь ему в противостояниях как с Москвой, так и с Брюсселем. Несмотря на свою пресловутую «многовекторность», Лукашенко является в значительной степени прокитайским политиком, нежели прозападным или тем более пророссийским.

Белорусско-китайское совместное предприятие по сборке китайских легковых автомобилей Geely на арендуемых площадях ОАО «Борисовский завод».Белорусско-китайское совместное предприятие по сборке китайских легковых автомобилей Geely на арендуемых площадях ОАО «Борисовский завод».Фото: Наталия Федосенко/ТАСС

Именно с Китаем ему наиболее комфортно и выгодно иметь дело: то, что за кредиты и наращивание присутствия в экономике не нужно расплачиваться ни расширением демократии (чего требует Запад), ни углублением интеграции (чего последнее время добивается Россия), его вполне устраивает. Поэтому за последние годы Китай резко нарастил своё влияние в экономике и политике (через самого Лукашенко и экономический блок его правительства) Белоруссии.

Этим объясняется вхождение представителя «китайской партии» Алеся Дуко в координационный совет оппозиции. Дуко – из администрации парка «Великий Камень». Это расположенный в 25 километрах от Минска крупнейший индустриальный парк в Европе и самый крупный проект Китая за рубежом. Хотя примерный срок окончания строительства китайско-белорусского «города будущего» намечен на 2030 год, парк уже привлёк более 1 млрд долларов инвестиций от 56 иностранных компаний (в основном китайских, в числе которых такие гиганты, как Huawei и ZTE).

«Вхождение Алеся Дуко в координационный совет оппозиции – это не столько смычка, сколько назначение “смотрящего” от второго сильного игрока, который не намерен допускать ухода Белоруссии, куда вложено достаточно много средств, в руки западных партнёров».

Кирилл Бенедиктов | историк и политолог Кирилл Бенедиктов
историк и политолог

Интерес Китая к Белоруссии с позиции западной геополитической мысли понять сложно, на взаимоотношения Пекина и Минска нужно смотреть в логике древней китайской игры вэйци (более известна как го).

– Как известно, в го играют чёрными и белыми камнями. Стратегия го – это поиск и защита пустоты – места, куда можно поставить камень, это территория, которую можно захватить или защитить. Увидеть пустоту на ничьей территории или на территории противника и сделать её своей – вот классическая китайская стратегия в работе с зарубежными партнёрами. Пекин размещает свои «камни влияния» в ключевых узлах «пустот» на глобальной игровой доске и наращивает влияние, формируя там собственную картину мира. Именно это и происходит на протяжении более чем десятилетия в Белоруссии, где контроль над ключевыми отраслями экономики равносилен обеспечению влияния в отдельном (и отдалённом от метрополии) месте игровой доски в го. Неслучайно главный инвестиционный проект Китая на территории Белоруссии носит символическое название «Великий Камень». Китайский лидер Си Цзиньпин назвал этот проект жемчужиной проекта «Один пояс – один путь», но для имеющих представление о стратегии игры в го это название имеет и другой, более глубокий смысл: это тот самый камень, которым Китай «пометил» зону своего влияния, запустив процесс превращения белорусской «пустоты» в свою территорию, – объясняет Бенедиктов.

Таким образом, главная цель Китая в Белоруссии – обеспечение преобладающего влияния на территории, которая, может быть, не так уж нужна самому Китаю, но зато нужна её соседям – ЕС и России. Получив это влияние, его можно потом выгодно продавать – по той цене, которую назначит Пекин.