Лишь бы кожа не стала серой

Лишь бы кожа не стала серой

Истории 30 мая Виктория Сарыкина

Национальная ассоциация клиник эстетической медицины (НАКЭМ), куда входят все крупные игроки косметологической сферы, попросила усилить борьбу с серым рынком лекарств и косметологических препаратов для эстетической медицины и услуг в этой области. Это крик отчаяния: за два месяца пандемии производители опасных препаратов перетянули одеяло на себя и заняли три четверти всего рынка.

На протяжении последних 10 лет в медицинской косметологии идёт невидимая никому борьба – с серым рынком, где врачи без лицензий в частных кабинетах (а чаще – медперсонал со средним медицинским образованием или даже без него) проводят инвазивные процедуры несертифицированными препаратами – подделками, в составе которых встречается даже цемент.

По оценкам специалистов, доля серого рынка препаратов, не получивших одобрения Росздравнадзора, и услуг до пандемии составляла 50 процентов. Однако за март-апрель этого года продажи косметологической продукции (филлеры, ботулотоксины, биоревитализанты) физическим лицам выросли в два раза.

Чтобы вывести препарат на рынок, необходимо около девяти лет. Нужно доказать безопасность и эффективность средства (например, у известного «Ботокса» около 4 тыс. исследований), получить регистрацию Росздравнадзора, затем вкладываться в рекламу и маркетинг, проводить бесплатное обучение врачей клиник. В случае с несертифицированными препаратами и подделками совершенно другие скорости. Стоимость серых препаратов небольшая, а их потребителей интересует как раз не качество, а низкие цены.

По оценкам экспертов, оборот нелегальных косметических препаратов в России колеблется от 100 до 200 млн долларов в год.

Известная в интернете псевдокосметолог Наталья Коростелева, приговорённая в прошлом году в Москве к пяти с половиной годам лишения свободы, предлагала свои услуги по ценам от 4 тыс. до 10 тыс. рублей – в пять раз дешевле, чем запрашивают медицинские центры с лицензией. Косметологический кабинет Коростелевой функционировал восемь лет в обычной московской квартире. Никаких лицензий этот салон не имел, ассистентки работали с поддельными дипломами. При этом псевдоврач использовала препараты неизвестного происхождения, фасовались они, по данным следствия, «из неустановленных ёмкостей в неприспособленном для этого помещении». Жертвами «косметолога» стали 500 человек.

Источник: «Первый канал»

До пандемии в сером секторе в основном работали плохо обученные люди. Часто – без медобразования, тогда как в клиниках с лицензией инъекции делают только врачи с высшим медицинским образованием, которые регулярно проходят тренинги, посещают специализированные конференции, следят за развитием сферы косметологии. И работают они с сертифицированными препаратами, которые произведены в лаборатории крупной компании, гарантированно правильно транспортировались и хранились.

Специалисты понимают не только «куда и как колоть», но и как правильно подобрать препарат для конкретной анатомической зоны. Более того, в клиниках с медицинской лицензией пациентом будут заниматься до упора: при плохом результате, его отсутствии или осложнениях врачи сообщают о проблеме производителю препарата.

Частники в большинстве своём, даже имея на руках диплом, не знают, как работать с препаратом, а если что-то идёт не так, просто исчезают с радаров: блокируют в телефонах номер клиента или меняют адрес кабинета.

Любую ответственность такой «косметолог» снимает с себя сразу: не подписывает информированные согласия с пациентом, не заключает договоры, не даёт кассовый чек.

Максимум, что ему светит, – штраф в 2,5 тыс. рублей по статье КоАП за незаконную предпринимательскую деятельность. Если его, конечно, схватят за руку.

Преступление без наказания

10 лет борьбы с серым рынком в косметологии не принесли плодов. Но помогла пандемия. Все участники рынка хорошо знают друг друга, но впервые они решили объединиться и действовать. Сейчас началась борьба за клиента, а серый рынок во время изоляции перетянул на себя одеяло. Число клиентов и врачей, участвующих в нелегальном бизнесе оказания услуг в косметологии, выросло именно в период пандемии и составляет три четверти общего рынка.

Аналитическое бюро «Новости GMP» отмечает, что в период самоизоляции произошло резкое снижение спроса на косметологические услуги и процедуры – более чем на 60 процентов. На 40 процентов выросло количество косметологов, которые стали оказывать свои услуги на дому. 25 процентов клиентов, согласно опросам, обратились к врачам во время самоизоляции с просьбой оказать услугу на дому (даже если до этого они получали услуги в клиниках). В реальности эти цифры выше, считают эксперты.

«Существующий штраф в 2,5 тыс. рублей за деятельность без лицензии – это полдня работы лжекосметолога. Даже если она принимает одного клиента, стоимость одной услуги будет около 7 тыс. рублей».

Лилия Шафикова | старший следователь по особо важным делам следственного департамента МВД РФ Лилия Шафикова
старший следователь по особо важным делам следственного департамента МВД РФ

Именно поэтому недавно они провели Первый открытый бизнес-форум в рамках НАКЭМ. Затронули темы пандемии, регистрации медизделий, требований Росздравнадзора, но основное время было посвящено серому рынку.

В законодательстве нет такого понятия, как «серый рынок», – есть понятие «теневая экономика». Однако никакой статистики в МВД по этой сфере деятельности не существует. Есть только уголовные дела по каждому конкретному случаю. УК РФ лишь частично регулирует теневой бизнес, возбуждая уголовные дела только на основании заявления от пострадавшего.

Полковник юстиции, старший следователь по особо важным делам следственного департамента МВД РФ Лилия Шафикова отмечает, что на лжекосметологов пишут заявления очень редко: клиенты боятся или не хотят связываться с судами. Поэтому, говорит Лилия Шафикова, необходимо действовать от лица объединения, ассоциации – писать заявления в агрегаторы типа YouDo, где массово предлагаются частные косметологические услуги, готовить исковые заявления в суд по ряду случаев, обращаться в департаменты и министерства, чтобы были созданы законодательные акты для облегчения деятельности легальных медицинских центров.

Просвещения дух

Исследование компании BrаndMonitor, проведённое совместно с фармацевтической компанией Merz, «Контрафакт в эстетической медицине: потребительское поведение и экспертная оценка» за 2019 год показывает, что в 57 процентах случаев пациенты не уверены, что смогут распознать контрафакт (9 процентов затруднились ответить). При этом 53 процента при выборе услуг ориентируются на сарафанное радио, а 48 процентов – на рекламу в интернете.

– Выводы по результатам исследования мы сделали такие, – перечисляет руководитель медицинского отдела подразделения «Эстетика» компании Merz Максим Петров. – Первое: у людей отсутствует представление о стоимости услуг – потребители считают адекватной низкую стоимость и не осведомлены о реальной стоимости сертифицированного оборудования. Второе: потребитель не знает, как отличить подделки, и ориентируется на отзывы знакомых. Третье: частная косметология – движущая сила контрафакта. Надомники не имеют возможности получить лицензии и сертификаты, они и становятся основными потребителями контрафактной продукции, которую потом предлагают клиентам. Четвёртое: интернет – основной канал продвижения контрафакта. Речь идёт о сайтах-одностраничниках и соцсетях, особенно о сети Instagram. И самое важное: просветительская работа является главным методом защиты клиник и дистрибьюторов.

Одна из последних историй: приговор Мещанского райсуда Москвы мошеннице, которая продавала поддельный аппарат ультразвукового лифтинга за 300 тыс. рублей (стоимость оригинального аппарата – 5 млн рублей).

«Если не действовать, через пять лет легальный бизнес будет лежать в руинах. Действовать нужно с двух сторон: бороться с рынком и образовывать потребителя, который не понимает угрозу здоровью и жизни».

Максим Петров | руководитель медицинского отдела подразделения «Эстетика» компании Merz Максим Петров
руководитель медицинского отдела подразделения «Эстетика» компании Merz

Ещё одно слагаемое успеха в борьбе за прозрачный рынок – страховая медицина, в условиях которой живут Америка и Европа. По этому пути Россия только начинает идти. Страхование – это комплексный подход, включающий огромное число рисков.

– Это важный инструмент для того, чтобы помочь рынку, – говорит исполнительный директор корпоративных продаж Страхового дома ВСК Майя Агаджанова. – Лидером по количеству медицинских исков является США. А Великобритания – лидер по размеру компенсации, которую выплатили за врачебную ошибку, – 15 млн фунтов. Сегодня, по данным Forbes, в мире каждые 43 минуты поступает на рассмотрение новый медицинский иск. До нас быстро доходят мировые тренды. И у нас есть уже свои рекорды – 2,2 млн рублей была компенсация Центра пластической хирургии Магнитогорска в 2015 году.

По данным Всероссийского союза страховщиков, с каждым годом растёт количество заключённых договоров медицинского страхования. Но тренд не только в этом: растёт и количество исковых требований, и аппетиты клиентов. Страховой случай заявляется по каждому четвёртому договору. Интересно, что не всякий риск при этом берётся в расчёт. Например, если пациенту не понравился цвет кожи или его не устроила форма губ, такие случаи не являются страховыми.

©octagon.media, 2020©octagon.media, 2020

– Страхование выгодно и профессионалам, и потребителям, – говорит Майя Агаджанова. – Наличие застрахованной ответственности клиники повышает стандарт качества услуг, делая их более цивилизованными и соответствующими мировым стандартам. А с точки зрения потребителя страховой полис помогает тем, кто ищет более качественную медицинскую помощь и гарантию обеспечения прав пациента.

Каждая инъекция под кодом

Нельзя сказать, что государство не пытается обелить рынок. Медицинская косметология одной из первых попала в цифровую экономику – в систему мониторинга движения лекарственных препаратов. Она затрагивает каждого участника рынка по всей цепочке: клиники, аптеки, потребители, производители, дистрибьюторы. Работает Единая государственная информационная система в сфере здравоохранения, в которой должна появиться вся информация вплоть до медицинских карт.

Лекарства также вошли в единую систему маркировки товаров «Честный ЗНАК», которая начала работать с 2020 года.Лекарства также вошли в единую систему маркировки товаров «Честный ЗНАК», которая начала работать с 2020 года.Фото: Максим Стулов/Ведомости/ТАСС

– Цель введения этой маркировки понятна: госконтроль за производством, ввозом, обращением и выбытием лекарственных препаратов от производителя до пациента, – говорит директор Медико-гуманитарного института дополнительного образования Александр Терентьев. – В этой системе участвует много организаций: и Минздрав, и Роспотребнадзор, и Минпромторг, и ФНС, и Минкомсвязь и т. д. Законодательная база под неё готова.

Систему начали вводить постепенно, для лекарственных препаратов закон был принят в декабре 2019 года. Она должна была заработать уже с января 2020-го, но многие участники рынка оказались не готовы: зарегистрировались пока фармкомпании, а клиники с медицинской лицензией составляют только 20 процентов списка. Сложности возникли из-за закрытия границ во время пандемии: оборудование должны были монтировать иностранные специалисты. Эксперты считают, что окончательное внедрение системы будет произведено с 1 января 2021 года.