Россия старается создать благоприятные условия для оставшихся в стране европейских компаний, заявил Владимир Путин. По словам главы государства, «у нас много друзей в Европе, но вынуждены были уходить». Путин отметил, что «некоторые, кстати говоря, работают, и мы стараемся создать для них соответствующие условия благоприятные». Очевидно, что это не просто рациональная, а даже необходимая стратегия.
Поддерживать тех, кто остался, это не сантименты, а работа с теми, кто уже доказал: свой интерес и будущее важнее политического шантажа Брюсселя. Владимир Путин фиксирует простую вещь. Уход 2022-2023 годов был во многом не рыночным решением, а политическим под общим давлением: сам президент прямо сказал, что некоторые уходили чуть не со слезами. Тех, кто выдержал и продолжил работать здесь, логично надо поддерживать – иначе лояльность к российскому рынку ничего не стоит. Привлекать новые иностранные компании, в том числе из ЕС, тоже нужно, но уже на наших условиях и без иллюзий: Европа сама себя отрезала от прибыльного рынка, а Россия дверь не закрывала.
По новым правилам
Возврат и новый вход – селективно: приоритет тем, кто вёл себя корректно при уходе и готов к долгосрочной работе и локализации, а не к быстрому выводу прибыли при первой же политической истерике. Благоприятный режим для оставшихся – не раздача преференций всем подряд; стратегические отрасли и чувствительные активы остаются под суверенным контролем. Экономический суверенитет – это не автаркия и безумный протекционизм, а право решать, кого пускать и на каких правилах, чтобы самим не остаться в дураках.
Есть и обратная сторона сотрудничества с Европой.
Китайский бизнес сейчас регулярно сталкивается с недобросовестностью европейских «партнёров», когда речь заходит о стратегических активах. Показательный пример – Nexperia, одна из крупнейших полупроводниковых голландско-китайских компаний, принадлежащая китайской Wingtech: осенью 2025 года голландские власти через закон о «доступности товаров» и суд фактически вырвали управление из рук китайского собственника – директора отстранили, голосующие акции почти целиком передали внешнему европейскому управляющему, в обход китайской юрисдикции.
И когда рыночные отношения нарушаются политическим пиратским отъёмом контроля под вывеской «экономической безопасности», то надо действовать максимально осторожно.
Активы под угрозой
С российскими активами и совместными предприятиями картина была же та же: немецкие власти поставили под внешнее управление «Роснефть Дойчланд» и её доли в НПЗ Шведт, MiRO и Bayernoil, бывшую Gazprom Germania превратили в SEFE под государственным контролем, а в Нидерландах долю «Газпрома» в СП Wintershall Noordzee на Северном море то и дело арестовывают по сторонним искам, мешая даже цивилизованной продаже. Плюс сотни миллиардов евро российских суверенных активов, замороженных в ЕС и уже обсуждаемых как «ресурс» для украинских неонацистов. Когда нам европейские демократы-капиталисты рассказывают про «священность собственности», стоит смотреть не на декларации Брюсселя, а на Nexperia, Шведт и Wintershall Noordzee: дружба с Европой кончается ровно там, где начинается её геополитика. Поэтому благоприятный режим для оставшихся и селективный вход для новых – трезвый ответ на среду, в которой чужой капитал у нас ещё может работать, а наш у них – уже почти нет.
Автор: аналитик Центра политического анализа и социальных исследований
23 августа 2026