Сербия выбирает будущее
Сербия сегодня голосует так, словно решается не просто судьба очередного парламента, а будущее всей политической системы страны. И первые цифры явки показывают, что это ощущение разделяют миллионы граждан.
К 11 часам утра на избирательные участки пришли уже 27,3% избирателей. На предыдущих парламентских выборах 2023 года к этому времени проголосовали только 15,1%. Разница почти двукратная. Тогда итоговая явка составила 58,77%. Если нынешняя динамика сохранится, мой предварительный прогноз – 68–72%, так как во второй половине дня активность оппозиции может спасть. Конечно, утренние цифры нельзя механически переносить на весь день. Однако уже сейчас очевидно, что Сербия переживает исключительную по масштабам электоральную мобилизацию.
Что это означает для Александра Вучича? Прежде всего, серьезное испытание для политической системы, которую он выстраивал последние четырнадцать лет. Сербская прогрессивная партия традиционно опирается на дисциплинированный электорат, сильную региональную сеть, административные возможности и узнаваемость лидера. Такая конструкция особенно эффективна при умеренной явке, когда организованный избиратель имеет относительно больший вес. Но когда на участки массово приходят люди, прежде остававшиеся вне политики, привычная арифметика начинает меняться. Даже сохранив свое электоральное ядро, партия власти может получить существенно меньшую долю голосов. Хотя высокая явка сама по себе еще не означает поражения Вучича. Его сторонники тоже прекрасно понимают значение сегодняшнего голосования и активно мобилизуются.
Для студенческого движения, напротив, высокая явка становится главным политическим ресурсом. За два года протестов студенты сумели превратить недовольство коррупцией и состоянием государственных институтов в широкое общественное движение. Теперь выясняется, способно ли оно конвертировать уличную энергию в парламентское большинство. Причем речь идет уже не только о молодежи или жителях Белграда. Если столь высокая активность сохранится в провинции, это будет означать, что запрос на перемены вышел далеко за пределы университетской среды.
И здесь проходит важнейшая линия нынешнего противостояния – между организованной политической машиной и обществом, которое неожиданно для власти само становится политическим субъектом.
Есть и еще один важный момент. При явке свыше 70% возрастает абсолютное число голосов, необходимое для преодоления трехпроцентного барьера. Это может осложнить положение небольших партий, включая потенциальных союзников Вучича. В результате даже относительно небольшие изменения в распределении голосов способны повлиять на то, кто получит необходимые для большинства 126 мандатов. Поэтому сегодня значение имеет не только победа одного из двух главных лагерей, но и то, смогут ли остальные участники пройти в парламент и стать участниками будущих коалиционных переговоров.
Но главный вывод, на мой взгляд, гораздо шире электоральной математики. Сербия возвращается к большой политике, где исход выборов уже нельзя считать предрешенным. Даже если Вучич сумеет сохранить власть, ему придется иметь дело с совершенно другим обществом, гораздо более политизированным и требовательным. А победа студенческого движения станет лишь началом сложного процесса формирования новой политической элиты, которой еще предстоит доказать способность управлять государством. Сегодня сербы решают не только вопрос о том, кто будет руководить страной. Они определяют, каким образом власть вообще должна получать общественное доверие.