Минск – Париж. Разные стороны баррикад

Минск – Париж. Разные стороны баррикад

Мир 16 августа Алексей Вересов

На второй день протестов против результатов выборов президента Белоруссии в Минске начали строить баррикады, а на третий ряды недовольных пополнили трудовые коллективы. После этого белорусский протест стали сравнивать с парижским, где в 2018 году на улицы вышли «жёлтые жилеты». Однако на самом деле общих черт у волнений не так много.

Три ночи подряд в Минске и других городах Белоруссии жители выходили на улицы с призывами к Александру Лукашенко, победившему на выборах по версии ЦИК, покинуть президентский пост. Ответом официальной власти стали молчание президента (довольно долгое, учитывая ситуацию) и дубинки, резиновые пули, светошумовые гранаты силовиков. Представители МВД жёстко пресекали протест – тысячи человек оказались в изоляторах, кто-то попал в больницы.

На четвёртый день глава МВД Юрий Караев (не президент, что важно) извинился за действия подчинённых, но только в отношении «случайно задержанных» людей. К таковым можно отнести и десятки журналистов, иностранных и белорусских, которые побывали в изоляторах и получили побои. После выступления Караева жалоб на избиения стало меньше, как меньше стало и тех, кто выходил на протесты по ночам. Зато протест распространился на заводы. То, что местные профсоюзные ячейки назвали забастовкой, на деле было митингами и политическими пятиминутками с руководителями предприятий. Рабочий класс заявил, что тоже не поддерживает президента, и таким образом присоединился к пытавшейся строить баррикады молодёжи, чем резко повысил легитимность протеста.

Блогеры и журналисты тут же начали трубить: «жёлтые жилеты» приближаются к Белоруссии.

Однако у экономического протеста во Франции и политического в бывшей советской республике не только разные цели, но и механизмы их достижения.

«Жилеты» осенью 2018 года вышли на улицы в знак протеста против желания французских властей повысить цены на топливо. Мера ударила бы по простым жителям, в то же время другой рукой выходец из банка Rothschild Макрон снизил бы нагрузку на бизнес.

Во Франции количество манифестантов достигало 300 тысяч человек, на первую акцию вышли 280 тысяч. В Минске же суммарное количество участников трёх самых массовых ночных акций не превысило 60–65 тысяч человек, отмечает генерал-майор внутренней службы в отставке Владимир Ворожцов.

«Идеологическая платформа и в Париже, и в Минске чётко не сформулирована и не оформлена в документах. За что именно борются, а точнее – что будут делать завтра, если захватят власть, совершенно непонятно. Но отношение к главе государства и там и там одинаковое: “Макрон, уходи!”, “Лукашенко, уходи!”», – делится наблюдением Ворожцов.

Акция «Жёлтые жилеты». Париж.Акция «Жёлтые жилеты». Париж.Фото: Ирина Калашникова/РИА Новости

Из общих черт – координация протестов через интернет: социальные сети (Париж) и мессенджеры (Минск). В Белоруссии сделали то, до чего демократичная Франция не додумалась, – отрубили на несколько дней. Однако через VPN следить за чатами и каналами всё же удавалось.

Французская «революция» низов превратилась в беспорядки: жгли машины, разбивали витрины, перекрывали дороги. Не факт, что противоправные действия – дело рук «жилетов», так как на улицы вышли и представители радикального «Чёрного блока». Но поскольку лидера у протестов не было, некому было разделить своих и чужих. Явных лидеров нет и у белорусского протеста (приписывать лидерство создателям телеграм-каналов было бы нечестно), причём отсутствуют даже организованные группы, какие были во Франции.

Французская полиция сообщала, что за год протестов были убиты 25 жандармов, ещё 11 тысяч получили ранения. Число раненых по другую сторону баррикад – несколько тысяч, о смертельных ранениях неизвестно.

Протесты против результатов президентских выборов. Минск.Протесты против результатов президентских выборов. Минск.Фото: STR/EPA/TASS

«Во Франции до 10 тысяч боеспособных сотрудников CRS (Республиканские отряды безопасности) и столько же военнослужащих мобильной жандармерии, которых, несмотря на зимнее время года, хватило для обеспечения общественного порядка. При этом от ранений и контузий в декабре – январе за день из строя выходило до трёх процентов личного состава, плюс простудные заболевания, – отмечает Ворожцов. – Численность личного состава белорусских сил правопорядка сопоставима с французскими. Количество раненых и пострадавших (20–30 человек в день) не влияет на их боеспособность».

Белорусские полицейские предпочитают светошумовые гранаты – это способствует значительно меньшему количеству пострадавших манифестантов, тогда как их французские коллеги чаще использовали резиновые пули, и «жилеты» вели отдельную статистику потерявших зрение из-за попадания пуль в глаза, обращает внимание военный.

«Основой тактики белорусской полиции являются превентивные задержания. Если в Париже в разгар протестов задерживали от 300 до 400 демонстрантов, то в Минске, по имеющимся оценкам, – около 2 тысяч человек за день, то есть фактически каждого десятого».

Владимир Ворожцов | генерал-майор внутренней службы в отставке Владимир Ворожцов
генерал-майор внутренней службы в отставке

И во Франции, и в Белоруссии власти игнорировали политические требования протестующих. Возможно, именно поэтому «жилеты» с течением времени пошли в местную политику. В Минске толпу не услышали, но почему протесты явно сходят на нет? Протест, говорит Владимир Ворожцов, слили его доброжелатели:

«Решающую роль в последние дни сыграло, хотя и активно скрываемое, изменение позиции по отношению к протесту ряда близлежащих к Белоруссии государств. Прежде всего Литвы и Польши. Их руководители быстро сообразили, что Батька твёрд, решителен, опирается на эффективный аппарат наведения порядка, бежать из страны не спешит. Обострять отношения с ним в этой ситуации более чем глупо.

Уверен, что необходимые сигналы из Вильнюса и Варшавы (я даже не говорю о Киеве) в Минск уже поступили. А “героические борцы за свободу” – логично предположить, что белорусские оппозиционеры, пройдя достойную школу воспитания у местных правоохранителей, будут ещё более активны в своей борьбе в следующий раз. Конечно, более удобный для их соседей».