Ограничения и вдохновение

Ограничения и вдохновение

Истории 13 сентября Дарья Воронина

Коронавирусные ограничения, введённые в российских регионах в марте, неспешно отменяют. Сфера культуры в листе ожидания была едва ли не последней. Театры, кинотеатры, музеи открылись совсем недавно, а крупные фестивали и концерты до сих пор запрещены. На следующей неделе в Екатеринбурге с большой осторожностью проведут «Уральскую ночь музыки», на фестиваль приедут 1500 артистов из России и других стран. Мы поговорили с участниками о том, как COVID-19 изменил самих музыкантов и индустрию в целом.

Наиль Рамазанов, участник группы:

– В Уфе популярны квартирники. Мы ещё до пандемии пробовали делать на них прямые эфиры, теперь пришлось этим заниматься вплотную, однажды провели онлайн-концерт. Стали раскручивать группу в интернете, несколько недель самоизоляции потратили на оформление канала и ролики.

29 мая мы не выдержали, вышли на улицу и 40 минут играли – тогда уже разрешили прогулки. Прохожие останавливались, слушали. После этого с середины июня у нас начались небольшие выступления в маленьких кафешках почти каждую неделю – всё начинает потихоньку оживать

До пандемии мы планировали делать большой концерт в клубе, но всё так поменялось, что мы решили не загадывать. Концертную деятельность решили возобновить не раньше весны 2021 года, чтобы коронавирус точно закончился.

Роман Алексеевнин, лидер коллектива:

– В марте я возвращался из Екатеринбурга, где прошёл обучение в проекте Ural Music Camp. В день прилёта в Кемерово был запланирован мой большой концерт, но он отменился – в этот день объявили карантин. С тех пор я не выступал.

Хочется сыграть перед публикой, но сейчас наш регион – один из неблагоприятных по распространению коронавируса. При этом ограничения ввели очень рано – когда везде эпидемия разгоралась, у нас была тишина. Снимать ограничения начали после того, как ситуация сильно ударила по бизнесу, и тут начался рост.

Специфика джаза в том, что он не приносит больших денег, в основном у всех музыкантов есть другие источники дохода. У меня это преподавание, им я и занимался до осени, отсутствие концертов на заработке не сказалось.

На фестиваль 18 сентября я приеду один. Хотелось бы взять своих ребят, но не вышло. К счастью, у меня есть знакомые музыканты в Екатеринбурге, мы выступим вместе.

Шамиль Юмадилов, лидер группы:

– На «Уральской ночи музыки» состоится первое наше выступление после начала пандемии. Я часто езжу по стране и давно заметил, что чем дальше от Москвы, тем больше самобытности, открытости и желания заниматься чем-то новым, поэтому мы решили отправиться в Екатеринбург.

С апреля на октябрь мы перенесли четыре концерта, но точно сказать, будут ли они, никто не может – для этого должно сойтись много факторов.

Для художников в широком смысле слова режим самоизоляции стал временем, когда может появиться что-то новое. Не может художник существовать в розовых очках всё время. Но полезно это было художникам, а не отрасли.

По музыкальной индустрии пандемия ударила очень сильно, но она стала трамплином для изменений в жизни, дала шанс разобраться, нужно ли тебе дальше заниматься этим делом. Режим самоизоляции оказался очищающим фактором для музыки. Много людей, которые называют себя музыкантами, а творческих людей среди них мало. «Пронести огонь» было сложно, выдержали не все.

Алекс Ушаков, участник дуэта:

– За пандемию бэкграундные коллективы смогли получить новую аудиторию – и это отлично. У таких групп из-за перерыва в основной работе появилось время заниматься музыкой.

Я впервые в жизни понял, что музыкой можно заработать: появились заказы на аранжировки, звукорежиссёрские услуги. Не просто друзья друзей, а из разных концов России. У меня появился музыкальный менеджер из Санкт-Петербурга.

Через пару недель после начала карантина я увидел в Instagram видео Жени Diva Div, где она пела о карантине – «Не трогай лицо». Сразу понял: это хитяра. Взял свои аранжировки, изменил под мотив. На следующий день мы записали композицию на одном дыхании, вскоре сняли клип и отправили его на конкурс «Карантиновидение» от «КликКлак» и Little Big. Не верил, что пробьёмся, но случился прорыв – мы попали в список конкурсантов. И попёрли заказы, увеличилась аудитория, которая хотела бы слушать нашу музыку. Заказов стало больше на 90 процентов. Нужно было минимум два проекта в сутки делать, чтобы всё успеть. Из-за компьютера я не вылезал всё лето.

Шуня Балашова, лидер группы:

– Мы едем на «Уральскую ночь музыки» в третий раз. Когда ехали впервые, были заинтересованы только задумкой, а на месте уже поразились масштабу. В этом году нам хотелось оказаться на фестивале, который рискнули провести в такое непростое время.

У музыкантов двоякое ощущение от этого года. С физической точки зрения мы первыми перестали работать и последними полноценно начнём работать. Многие страдают, потому что музыканты – это как раз та прослойка, у которой, как правило, нет накоплений, а тут вдруг перекрыты всё краны.

Нам неожиданно повезло: были контракты с массовыми мероприятиями, по которым мы долго не могли дождаться гонораров, и деньги пришли как раз когда начался карантин, что нас выручило.

Но если говорить о духовной стороне вопроса, то карантин и остановка концертной деятельности дали возможность сильно развиться в плане студийной работы и написания нового материала. Музыканты часто не имеют возможности остановиться и улучшить свой скил, например, вокала. Мы благодарны этому времени за то, что была возможность сесть, посмотреть мастер-класс, дописать недописанные песни.

Плюс до пандемии индустрия была переполнена, а сейчас она очистилась: те, кто был не слишком серьёзно настроен, не выдержали и ушли в другую сферу. Я их не осуждаю, было несладко. Остались те, кто по-хорошему сходит с ума по музыке.