Морозовскую больницу обвиняют в смерти малыша

Морозовскую больницу обвиняют в смерти малыша

Истории 14 ноября Полина Степанова

Морозовская детская городская клиническая больница в Москве оказалась в центре серьёзного скандала. Москвичка Кристина Кузьмина, мама двухлетнего малыша Арсения, обвиняет врачей медучреждения в смерти своего сына, а Департамент здравоохранения Москвы, который 11 ноября дал официальный комментарий по факту смерти Арсения, – во лжи. 6 ноября ребёнок был доставлен в больницу с температурой и отёком глаз, а через два дня скончался в реанимации. По мнению матери, трагедия произошла из-за неправильной тактики лечения и халатности медиков.

10 ноября 23-летняя Кристина Кузьмина написала в соцсетях обращение с просьбой помочь ей разобраться в обстоятельствах гибели сына и наказать виновных врачей. По словам матери, в больницу она привезла активного малыша, который мог бегать по палате и играть с другими детьми. Однако через 44 часа после начала врачебных манипуляций Арсений попал в реанимацию, где быстро скончался.

– 6 ноября мы вызвали неотложку, так как у сына поднялась высокая температура и начался отёк глаз, – рассказывает Кристина. – При этом ребёнок был подвижен и играл. Врач, приехавший на вызов, предположила проблемы с почками. Она сделала ребёнку экспресс-анализ на COVID-19, который показал отрицательный результат, и вызвала скорую помощь. Скорая забрала нас в больницу с предварительным диагнозом «ОРВИ» либо «ангионевротический отёк». У Арсения взяли анализы крови и мочи, прослушали сердце и лёгкие, сделали КТ головы, чтобы исключить воспаление пазух носа. Все анализы были в норме, поэтому для полного обследования нам предложили лечь в 13-е лор-отделение Морозовской больницы.

Арсений в один из первых дней в больнице.Арсений в один из первых дней в больнице.

Женщина вспоминает, что в этот момент ребёнок играл с машинками и общался с другими ребятами из отделения. Беды ничто не предвещало. В отделении у малыша повторно взяли анализы крови и мочи. Вечером консилиум врачей назначил Арсению антибиотик «Цефтриаксон», предполагая у мальчика синусит. Несмотря на отёки глаз, никакие дополнительные анализы, в частности, для проверки состояния почек и сердца, ребёнку назначены не были.

– Лекарство не помогло, утром отёк не спал, – поясняет Кузьмина. – Уже другой дежуривший врач назначил нам второе за сутки исследование КТ головы под наркозом с контрастным веществом, чтобы проверить проходимость сосудов. Резкое ухудшение состояния моего сына началось сразу же после этого исследования. Перед процедурой ребёнку не делали ни УЗИ, ни ЭКГ, хотя предстоял общий наркоз и отёк глаз не спадал.

Отрицательный результат анализа Арсения на COVID-19. Но родственники боятся, что смерть малыша спишут на коронавирус.Отрицательный результат анализа Арсения на COVID-19. Но родственники боятся, что смерть малыша спишут на коронавирус.

Процедура началась в 15.30, во время введения контрастного вещества медик не попал в вену и жидкость оказалось под кожей, ручка сына сильно отекла и стала багрового цвета. Врачи повторно ввели контрастное вещество уже в другую руку, что тогда меня сильно насторожило, я боялась, что это опасно.

Произошла какая-то катастрофа

После исследования матери велели самой нести спящего под наркозом ребёнка в кабинет и самостоятельно приводить его в чувство похлопываниями, чтобы он быстрее проснулся.

По рассказам Кристины, анестезиолог ни разу не пришёл и не проверил состояние малыша. После того как Арсений проснулся, его сильно тошнило, ребёнок был ослаблен, не мог сидеть, отёк лица усиливался. Ночью малыш не мог уснуть, а на его бёдрах стали появляться фиолетовые пятна, конечности были холодными. В итоге у мальчика начались трудности с дыханием и сильный отёк ног.

– Весь медперсонал, которого я в панике вызывала в ту ночь на осмотр, уверял, что ничего страшного не происходит, это просто выход из наркоза такой, – вспоминает сквозь слёзы Кристина.

«Проведённое КТ показало, что у Арсения признаки сфеноидита с изменением в правой половине пазухи, что не является смертельным диагнозом».

– Около семи часов утра 8 ноября нас отправили на анализ крови. Когда я несла сына в процедурный кабинет, он уже не мог держать голову, весь был как тряпочка, бессознательно смотрел по кругу и дышал через раз. Кровь долго взять не получалось, однако медперсонал на состояние ребёнка никак не реагировал.

Лишь в восемь часов утра педиатр из новой смены осмотрел малыша и экстренно направил его в реанимацию. После третьего завода сердца реаниматологами ребёнок умер, не приходя в сознание. Кристина вспоминает, что, когда всё было уже кончено, реаниматолог сказал ей: «В отделении, где вы лежали, с ребёнком произошла какая-то катастрофа, приведшая к поражению органов, отёку мозга, остановке сердца».

Следственный комитет РФ уже возбудил уголовное дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности».

Этот кошмар не должен случиться с другими детьми

После смерти Арсения врачи Морозовской больницы отказывались давать родителям выписку из карты ребёнка, рассказывает бабушка малыша Екатерина Носова:

– С нами просто никто не хотел разговаривать. Нам удалось получить нужные бумаги через систему ЕМИАС, сейчас с ними работают юристы. Выяснилось, что в 12 часов дня 7 ноября перед процедурой КТ ребёнку сделали анализы мочи и крови, у него была повышена глюкоза. Несмотря на это, врачи провели КТ под наркозом без ЭКГ и УЗИ. После КТ, до того, как малыш попал в реанимацию, никаких анализов врачи в течение 15 часов больше не делали. Просто заверяли, что всё в порядке, пока наш мальчик медленно умирал.

«Мы хотим, чтобы все медики, которые виновны в смерти нашего Арсения, были наказаны и отстранены от работы. Внука уже не вернуть, но можно сделать так, чтобы этот кошмар не случился с другими детьми».

Екатерина Носова | бабушка Екатерина Носова
бабушка

Результаты судебно-медицинской экспертизы, которые могут пролить свет на причину смерти Арсения, будут готовы только через 45 дней. Родственники мальчика опасаются, что больница замнёт дело при поддержке властей.

В официальном комментарии, поступившем из Депздрава Москвы после того, как история была предана огласке, обстоятельства произошедшего излагаются совсем не так, как описывает их мама погибшего мальчика. По данным пресс-службы департамента, ребёнок был госпитализирован в профильное отделение, там была проведена антибактериальная, противовоспалительная и противоотёчная терапии, продолжен диагностический поиск – проведено дополнительное КТ с контрастным веществом для исключения сосудистых патологий.

«В связи с сохранением отёка и ухудшением состояния ребёнка перевели в отделение реанимации и интенсивной терапии, где были организованы реанимационные мероприятия. К сожалению, несмотря на проводимую комплексную интенсивную терапию и реанимационные действия, состояние ребёнка прогрессивно ухудшалось, что привело к летальному исходу», – говорится в комментарии Депздрава.

– Информация департамента здравоохранения о якобы надлежащем оказании моему ребёнку медицинской помощи в Морозовской больнице является ложной и преследует единственную цель – помочь уйти от ответственности конкретным врачам, виновным в гибели моего сына, – говорит Кристина Кузьмина.