Дело в сети. Как один документ заставит голодать целые народы

Дело в сети. Как один документ заставит голодать целые народы

Истории 08 июня Андрей Иванов

Между коренными малочисленными народами Дальнего Востока и Росрыболовством возник конфликт. Профильное ведомство хочет запретить ловить рыбу сплавными сетями. КМН Хабаровского края уверены, что этот приказ доведёт их и без того сложное положение до отчаянного. С одной стороны, запрет сплавных сетей может спасти исчезающие виды рыб, с другой – окончательно укрепит монополию крупных промысловых организаций, которые и уничтожили их популяцию.

На генном уровне

Станислав Кай – многодетный отец-одиночка. У него пятеро детей. Старшему 12 лет, младшему – семь. Он живёт в селе Булава Ульчского района Хабаровского края. Чтобы прокормить свою семью, он работает в котельне и ловит рыбу. Обеспечивать всех тяжело.

– Холодильник у меня сломан. Едим рыбу, картошку и то, что в огороде или в теплице вырастили, – огурцы, помидоры. Сыр и мясо видим редко, далеко не каждый день, – говорит Станислав.

Станислав живёт со своей мамой Екатериной Кай. Они представляют один из коренных малочисленных народов – ульчи и ведут традиционный образ жизни. По словам Екатерины, в их семье из поколения в поколение передавалась любовь к рыбе, добытой собственными руками.

– Рыба у нас имеет очень большое значение в жизни. Вот раньше я не понимала, когда мои мама и папа говорили: «Ой, без рыбы не могу, хотя бы кусочек, а то помру». Сейчас я пришла к тому, что рыба нужна, хочется очень. А что поделаешь? Видать, на генном уровне это всё, – признаётся Екатерина Кай.

Станислав – одинокий многодетный отец. Ловля рыбы – его единственная возможность прокормить пятерых детей.Станислав – одинокий многодетный отец. Ловля рыбы – его единственная возможность прокормить пятерых детей.Фото: Андрей Иванов/octagon.media

Ульчи столетиями населяли эту территорию – подавляющее большинство представителей народа живёт именно в Ульчском районе. Рыбу добывают круглогодично: как для ежедневного питания, так и для заготовок. Для ловли рыбы у ульчей есть все условия – они живут по правому берегу русла Амура, где лосось проходит при движении на нерест. Однако сейчас рыбы в этих краях стало гораздо меньше.

– До нас рыба с низовьев не доходит. Если и доходит, то в малом количестве. И за счёт длины сетей мы её ловим. Сетей нужно хотя бы метров 100, а у нас положено 75 метров. Этими сетями мы не можем выловить даже свою необходимую норму, – жалуется Станислав.

Зарплата Станислава мизерная, едва хватает на жизнь, поэтому единственная возможность прокормить семью – рыбачить. Но совсем скоро Станислав больше не сможет заниматься и этим.

Запретить всё

В конце апреля Федеральное агентство по рыболовству провело совещание с Всероссийским научно-исследовательский институтом рыбного хозяйства и океанографии. По итогам встречи ведомства решили рекомендовать Министерству сельского хозяйства РФ полностью запретить ловлю тихоокеанских лососей на Амуре при помощи сплавных сетей в 2020 году.

Сплавные сети – единственный метод ловли рыбы, которым пользуются на Амуре. 29 апреля на решение отреагировала Ассоциация рыбодобывающих предприятий Ульчского и Комсомольского района Хабаровского края. Её председатель Максим Бергеля написал письмо полпреду Юрию Трутневу. В нём он коротко описал причины, по которым запрет ловли рыбы сплавными сетями приведёт к катастрофе.

Рыбаки написали уже много писем в различные инстанции. В том числе и полпреду ДФО Юрию Трутневу.Рыбаки написали уже много писем в различные инстанции. В том числе и полпреду ДФО Юрию Трутневу.Фото: Михаил Терещенко/ТАСС

По словам Бергели, работу прекратит 51 рыбодобывающее предприятие. Будет рост числа браконьеров в регионе – это связано с первым пунктом: оставшиеся без средств к существованию рыбаки пойдут на нелегальную ловлю рыбы. Также невозможно будет контролировать популяцию. Бергеля объясняет это тем, что сплавные сети в проходной период извлекают из воды и не препятствуют движению рыбы на нерест. А ставные неводы остаются в воде всегда и могут удерживать рыбу даже в проходные периоды.

Председатель ассоциации утверждает, что версия запрета сплавных сетей ради сохранения популяции некоторых видов не находит никакого подтверждения. Бергеля приводит статистику, согласно которой на реке Амур и в Амурском лимане таким методом вылавливают не больше 30–40 процентов осенней кеты, а летней – всего 5 процентов от общего улова.

Максим Бергеля предлагает альтернативу. По его мнению, для регулирования улова нужно ужесточать требования к ставным орудиям лова. Именно этими средствами пользуются крупные промысловые организации.

Борьба за выживание

Местные жители утверждают, что запрет на ловлю рыбы сплавными сетями приведёт их к голодной смерти. Это позиция не только самих рыбаков и их семей – за жизнь в районе опасаются и местные власти. Как рассказала «Октагону» глава сельского поселения Булава Надежда Росугбу, последствия этого решения могут быть самыми негативными.

– Село у нас безработное, и рыба – это единственный источник пропитания у людей, её они заготавливают на всю зиму. Я читала сам приказ, хотят ограничить длину сетей до 30 или 50 метров. Такими сетями вообще ничего не выловишь! В прошлом году ограничивали до 150 метров, ещё можно было что-то ловить, – объясняет она.

Надежда Росугбу уверена, что запрет сетей приведёт к тому, что жители села просто останутся без еды.

– Если запретят ловить рыбу, то, получается, умирать надо людям? Здесь никак не заработаешь. Если можно было зимой хоть как-то за счёт картофеля и рыбы прожить, то сейчас я не знаю даже. Людей просто на самостоятельное выживание бросают, – заявила она.

В такой же ситуации оказались жители других населённых пунктов.

Стены смерти

Самый крупный и развитый промысловый район Хабаровского края – Николаевский. Здесь ежегодно добывают десятки тысяч тонн рыбы. Согласно статистике, всего за пять лет (с 2011 по 2016 год) улов вырос в несколько раз – с 15,6 до 54 тысяч тонн.

Также в развитие рыбопромышленности района вкладывают крупные суммы из бюджета. Согласно стратегии социально-экономического развития Николаевского муниципального района, до 2020 года на семь предприятий, связанных с добычей или переработкой рыбы, выделено 2,7 миллиарда рублей. На здравоохранение по той же стратегии выделили почти такую же сумму – 3,3 миллиарда.

Вокруг добычи рыбы в Николаевском районе ещё три года назад шли горячие споры. Тогда промышленные предприятия обвинили в использовании так называемых стен смерти. Это стационарные орудия ловли рыбы, которые не пропускают её дальше, – ещё их называют заездками.

00:00:00/00:00:00
Сергей, житель Николаевского района объясняет, что основная проблема уменьшения популяции рыбы в крае – именно ловля заездками.

В прошлом году был введён запрет на вылов летней кеты и горбуши. Для восстановления численности рыбы понадобится не меньше десятка лет, считает Сергей. При этом опытный рыбак говорит, что разрешённой длины сетей уже сейчас не хватает.

– Мы организовали выезд на сплав в прошлом году, и сеть была 150 метров. Вытаскивают они 10 рыбин. Но их они достали посредством 150-метровой сети, катера «Амур», трёх человек и лодочного мотора в 100 лошадиных сил. Это сколько расхода на эти 10 рыбин падает. Она становится золотой, – говорит Сергей.

С похожим заявлением выступили жители сразу нескольких районов Хабаровского края – Амурского, Комсомольского, Ульчского, Николаевского и других. Они написали письмо президенту Владимиру Путину, главе Минсельхоза Дмитрию Патрушеву и полпреду Юрию Трутневу.

В тексте письма сказано, что запрет сплавных сетей приведёт к тому, что ловлей рыбы будут заниматься несколько крупных предприятий, тогда как местные жители вовсе лишатся этой возможности.

«Что нам остаётся делать – ответ очевидный. Браконьерничать. А как иначе жить, как заработать на дрова, бензин, на то, чтобы собрать детей в школу? Нас будут ловить, гонять по реке, отбирать лодки, моторы, сети, возбуждать уголовные дела, рассказывать по телевизору, какие мы преступники. Мы будем устраивать митинги и пикеты, писать письма, обращаться к губернатору и президенту. В конечном cчёте простому жителю Амура станет жить ещё тяжелее», – говорится в тексте.

Формальности

– Вы знаете, почему корюшка стоит 200 рублей в этом году? Потому что её нет. Раньше, когда её тут добывали, она стоила 30 рублей. Она до Сусанино даже не дошла, – начинает свой рассказ Светлана Декал.

Светлана – председатель общины КМНС (коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока. – τ.) «Декал». Женщина живёт в селе Сусанино Ульчского района Хабаровского края. Всего в общине 49 человек из Богородского, Солонцов и Нанайского района.

©octagon.media, 2020

Община объединила представителей по меньшей мере трёх коренных народов: нивхов, ульчей и нанайцев. Они веками населяли эти земли и продолжают жить по традициям предков. Одна из них – добыча рыбы. По словам Светланы Декал, запрет сплавных сетей можно объяснить логически, но на практике всё получится иначе.

– Я понимаю, почему приказ был издан. Он нужен для того, чтобы сберечь последнюю осеннюю кету, которая осталась на Амуре. В этом году её придёт много, но это будет последний такой год, она сможет заложить малька. Но я считаю, что Министерство сельского хозяйства ввели в заблуждение о том, по какой причине на самом деле не стало кеты осенней на нерестилище Хабаровского края, – говорит Светлана.

Председатель общины утверждает, что промышленные предприятия, которые ловят кету в Амурском лимане, всеми силами пытаются убедить ведомство в том, что главный истребитель кеты – местный житель. Светлана по специальности инженер-технолог и работает с рыбой большую часть жизни. Более чем за 30 лет она научилась замечать изменения, которые неминуемо приводили к снижению популяции рыбы.

– После того как шесть лет назад прошли конкурсы для промышленников, участки перешли от колхоза в частные руки.

Начался хищнический вылов кеты, да и всех видов рыб. Регулирование не успевало следить за тем, чтобы численность не подрывалась.

В итоге случилось то, что им позволили вместо двух-трёх «заездков» ставить целую гряду. И получалось, что рыба в принципе не может их обойти. Кета хоть и умная рыба, может нырнуть, переплыть, но глубину 20 метров в лимане перекрыть ничего не стоит, – пояснила Светлана.

Таким образом промышленные рыболовы добили летнее стадо кеты, а затем и вовсе добрались до главного – осеннего, говорит специалист. Несмотря на это, против местных жителей и представителей коренных народов развёрнута целая кампания с целью доказать их причастность к истреблению рыбы. Светлана Декал уверена, что у простых рыбаков просто нет такой возможности.

– Сетка сейчас по правилам рыболовства для общин может быть длиной 150 метров. Теперь посмотрите на реку – это два километра. Чтобы поймать хоть какую-то рыбу, нужно приблизиться к противоположному берегу. А остальная рыба спокойно обходит по фарватеру, и никакая сеть её не поймает. Это ещё доказывается тем, что у нас было пять колхозов и стояло пять «заездков». Все остальные рыбачили сетями.

Рыбы было море! У нас квоты были по 300–400 тонн. Рыба ещё оставалась и доходила до Хабаровского района.

Что изменилось сейчас? «Заездки», их количество и правила их установки промышленникам, – говорит председатель общины.

Светлана знает не понаслышке о том, что говорит. Её муж Дмитрий Декал осенью прошлого года рыбачил на Амуре. Он как представитель коренного народа делал это по праву сохранения традиционного образа жизни. Во время рыбалки к его судну подобрались сотрудники Рыбнадзора, которые заявили, что на его сетях нет опознавательного буя, и рыбака оштрафовали на 100 тысяч рублей. Как выяснилось позже, Дмитрий попал в шторм, и буй просто оторвался.

Между тем права местных жителей регламентированы Федеральным законом «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации», принятым ещё в 1999 году. В статье 8 говорится, что КМН имеют право пользоваться необходимыми малочисленным народам для защиты их исконной среды обитания, традиционных образа жизни, хозяйствования и промыслов льготами по землепользованию и природопользованию.

Что из этого является льготами – многотысячные штрафы или перспектива голодной смерти – в документе не сказано.

Хабаровск