Атака США на Венесуэлу сыграла роль палки, воткнутой в и без того перевозбужденный муравейник мировой политики. Вроде бы ничего принципиально нового американцы не сделали: менять режимы – это их фирменный стиль. Похищение лидера – тоже давно не новость. Глава Панамы Мануэль Норьега был вывезен в Америку в 1990 году и провел долгие 28 лет в заключении, прежде чем навсегда покинул этот мир. Другим неугодным Вашингтону политикам повезло еще меньше: Сальвадор Альенде убит при штурме президентского дворца, Саддам Хусейн повешен, Муамар Каддафи растерзан боевиками, а перечислить всех, кто разбился при перелётах, был отравлен или погиб при невыясненных обстоятельствах, практически невозможно.
Уникальность нынешней ситуации в том, что находящийся на пересечении многих сюжетов венесуэльский кейс нагло продается миру как американское ноу-хау решения любых вопросов. Более того, Дональд Трамп обещает масштабировать данный сценарий: «Случившее (с Николасом Мадуро и его женой) может произойти с кем угодно… Мы смогли сделать эту невероятную вещь. Мы должны сделать это опять, мы можем это сделать опять, никто не может нас остановить. Нет никого, кто обладал бы такими возможностями, как у нас».
Американская реконкиста
Министр войны Пит Хегсет подтверждает: «США могут применить свою волю везде и в любое время». В первую очередь это касается Латинской Америки, право контроля над которой было прописано два века назад в доктрине Монро. В последнее время многие государства этого региона начали – при попустительстве предыдущих американских администраций – игры в суверенитет. Трамп предупреждает, что это время заканчивается.
Вторящая ему глава Южного командования США генерал Лора Ричардсон подводит под эту политику экономическую базу: «Латинская Америка важна для нас, там находится литиевый треугольник, нефть Гайаны и Венесуэлы, огромные запасы питьевой воды, Этот регион важен для нашей безопасности, и нам нужно активизироваться».
Всё перечисленное, считают в Вашингтоне, должно принадлежать Америке, а не Китаю, куда режим Мадуро гнал нефть, которая нужна США.
Та же логика проецируется на другие регионы: тот, кто высовывается, должен получать по голове. Доказательством тому пример Ирана, неконвенциальная война против которого ведётся давно. Однако при Трампе она приняла открытый и даже демонстративный характер. В 2025 году к практиковавшимся ранее отстрелам генералов КСИР и иранских учёных-атомщиков добавились военные удары по атомным объектам страны.
Кто следующий
Силовое давление на Иран напрямую связано с Китаем, который, согласно доктринальным документам, является главным противником США. Так же, как в случае с Венесуэлой, Вашингтон хочет остановить нефтяной трафик в Поднебесную, чтобы ударить по её экономике не только пошлинами и санкциями, но и углеродной блокадой. Эти линейные, по сути, зависимости лежат на поверхности, но реальная политика – вещь многомерная и гораздо более сложная.
Завладев нефтяными запасами Гайаны и Венесуэлы, Америка получит контроль над половиной мирового рынка нефти и, как следствие, рычаги давления на Китай – через ограничение поставок, и на Россию – через регулирование цен. Но этот двойной прессинг вполне может привести к ещё большему сближению Москвы и Пекина. Пока создаётся впечатление, что Трамп и члены его команды к этому не готовы, – в их агрессивных сценариях просчитаны не все варианты.
Контроль США над нефтяными ресурсами Венесуэлы даст ключевые рычаги влияния на мировой энергетический рынок.Фото: Wilfredor/CC0 1.0
Атаку на Венесуэлу и протесты, охвативших многие города Ирана, в экспертном сообществе считают «пазлами одной игры». Одновременно формируется список следующих жертв разбушевавшегося Трампа. В нём фигурируют Куба, Никарагуа и Бразилия – в этой стране БРИКС смену власти можно приурочить к намеченным на октябрь выборы президента. Некоторые наблюдатели допускают, что объектом внимания Вашингтона может стать Гренландия, контроль над которой, как заявил в минувшее воскресенье Трамп, нужен США в оборонительных целях.
Руководство к действию
На этом фоне в социальных сетях оформляется совсем другой тренд. Он подразумевает использование опыта США другими игроками. Китайские блогеры считают, что аналогичным образом следует решать проблему Тайваня: «Раз США не воспринимают международное право всерьёз, почему нас это должно волновать?», «Налёт американских империалистов на Венесуэлу с целью захвата Мадуро – идеальный план для наших военных. Они могут внезапно напасть на Лягушачий остров и захватить Лай Чинг-те».
Украинские паблики примеряют венесуэльский сюжет на себя: «Украинским депутатам стоит задуматься. США нанесли удар по парламенту Венесуэлы, а значит и Раду могут снести». Ещё одна тема – обесценивание переговоров о мире: «Никакие договоры, бумажки, международные правила не работают, а значит любые 20, 25, 30 пунктов мирного плана, которые подпишут и даже признают в парламенте и ООН, не остановят сценарий. Если заказчику надо будет, война снова разгорится в любой момент».
В российском телеграмме тоже представлена подобная точка зрения. Некоторые блогеры призывают «использовать опыт американцев – поймать Зеленского и судить в Москве». Другие обвиняют российскую власть в нерешительности или в неспособности провести аналогичную операцию. Противоположная точка зрения сводится к категоричным утверждениям: «Россия не будет уподобляться США», «Подобные акции – это не наш стиль». С этим не поспоришь, но некоторые выводы из происходящего пора сделать.
С российской колокольни
Если обратиться к истории вопроса, придётся признать разрушение годами выстраиваемого контура российского влияния. Досрочный вывод миротворцев из Нагорного Карабаха в июне 2024 года зафиксировал отступление России из Закавказья. Через полгода в Сирии пал режим Башара Асада. Летом 2025 года США и Израиль нанесли колоссальный ущерб по Ирану. Ещё через полгода Россия потеряла Венесуэлу.
Так постепенно, не доводя дело от прямого вооруженного противостояния, Запад вытесняет Москву с занятых ею позиций. Можно ли было избежать этих потерь? Ответ – да, но только при другом подходе к анализу происходящего в дальних странах и более активной работе с их элитами и населением.
Еще в 2016 году, когда в телевизоре праздновали победу в Сирии, в социальных сетях появились первые публикации, обращавшие внимание на проблемы, подтачивавшие режим Асада, но их никто не слушал. Та же история повторилась в ноябре 2020 года, после войны в Нагорном Карабахе. Официоз твердил о «прекрасном договоре», по которому ФСБ будет контролировать торговый трафик через Зангезурский коридор, а погруженные в проблемы региона блогеры предупреждали, что соблюдать эти условия никто не будет. Но главным уроком стало начало СВО, выявившее неадекватные представления планировщиков операции о настроениях в украинской элите, обществе и вооружённых силах.
От режима Асада остались воспоминания и две российские базы
Падение в Сирии режима Башара Асада спровоцировало перезагрузку всего региона. Победу над терроризмом «на дальних подступах» пришлось отложить – через девять лет после высадки в Сирии российских военных боевики, отошедшие от радикальных заявлений, захватили всю страну. Пока Москве удалось сохранить за собой две военные базы – в Тартусе и Латакии.
Перейти к материалуТеперь настало время Венесуэлы. В итоге получается, что Россия уже четыре раза, не считая не столь явные, но болезненные просчёты на постсоветском пространстве, наступала на одни и те же грабли, не делая очевидных выводов. Если продолжать в том же духе, следующими потерями станут Мали, Буркина-Фасо, ЦАР и Нигер – страны, где воюют российские военные.
Россия реально помогает своим союзникам деньгами, оружием и другими поставками. Но не контролирует в должной степени их элиты, не заставляет и не учит их выстраивать работающие институты власти, боеспособные армии и работать с обществом. Она не делает всего этого, потому что либо не хочет, либо не умеет, либо сама не владеет нужной информацией и в результате проигрывает раз за разом. Пора осознать это и начинать работать с дружественными странами в полную силу по принципу: не хочешь – заставим, не знаешь – научим.
03 августа 2024