мск 13°
Москва
  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Новосибирск
  • Екатеринбург
  • Нижний Новгород
  • Казань
  • Челябинск
  • Астрахань
  • Киров
  • Сочи
Поиск
Варвара Иванова
Домашнее задание
Все записи автора
18 августа, 2020
08:37

Атака на маркетплейс

Скромно, без особого шума мелькнуло в СМИ известие о создании правительственной комиссии по проблемам русского языка. Между тем новость важнейшая.

Мы относимся к русскому языку как к какой-то веками существующей природной данности – как к воздуху, земле или воде. Есть и есть. Вдоволь. Навалом. Прекрасного качества. Однако и воздух, и землю, и воду уже очень давно охраняют и защищают – и программы ООН, и ярые самодеятельные и несамодеятельные экологи. А русский язык – главное культурное богатство России – что же, в сохранении не нуждается?

Есть мнение, которое я тоже всегда готова была разделять: язык – это такая фантастическая мощная стихия, которая сама способна себя регулировать. Язык сам себя очищает, усваивает то, что ему необходимо, отторгает то, что для него неприемлемо. Язык сам решает, что принять, а от чего отказаться, и не надо лезть туда – никому! – со своими новациями. Он будет сопротивляться и в конце концов выплюнет ваши «ценные указания».

С советских времён помню, как передовая литературная общественность боролась со странным, но приобретшим популярность в народе невесть откуда взявшимся словом «волнительный». «Нет такого слова!» – возмущались лингвисты и филологи. А вот надо же… Как раз тех филологов и лингвистов, видимо, уже нет, а слово живёт и побеждает и употребляется сегодня высокообразованными людьми. Сломались наши специалисты по русскому языку и в случае с «кофе». Согласились всё-таки скрепя сердце после десятилетий борьбы, что «кофе» может быть и среднего рода.

Но не слишком ли это благодушная позиция – русский язык сам справится, а мы вмешиваться не будем?

Вглядитесь попристальнее в европейские языки – вряд ли вы найдёте среди них язык более открытый, чем русский. На протяжении веков он добровольно впитывал и продолжает впитывать и галлицизмы, и англицизмы, и тюркизмы и много другого разного. Наверное, в этом отражается «способность всемирной отзывчивости и полнейшего перевоплощения в гении чужих наций», как утверждал Достоевский.

А в каком-нибудь французском, венгерском, сербском или даже латышском вы не найдёте такого количества иностранных заимствований. Это сознательная языковая политика. В некоторых странах беспощадно штрафуют за использование иностранных слов, в других объявляют национальные конкурсы по замене чужеземных слов отечественными аналогами. А хорваты, к примеру, специально всем народом трудятся над тем, чтобы придумать «свои» слова для разных вещей и понятий, лишь бы они отличались от соответствующих сербских. А ведь ещё недавно язык был общий и назывался сербохорватским.

«Да ничего с русским языком не случится, он жил, жив и будет жить. Язык, который способен “съесть” любое иностранное слово и произвести из него понятие «отъюзанный», – он абсолютно бессмертен», – считает Леонид Парфёнов, для которого, как и для всех журналистов, русский язык – это средство производства. Я сама до недавнего времени была уверена в неколебимой мощи русского языка, но с некоторых пор все эти «лайфхаки», «копипасты» и прочие «питчинги» стали несколько напрягать. Ощущение, что окружающая языковая среда стремительно и неумолимо засоряется. «Кейс» уже вполне легально используют обозреватели центральных СМИ, хотя для этого слова в русском как раз есть аналог, и не один. Как и для «хайпа» тоже.

Испытывая неприязнь к подобным заимствованиям, выглядишь каким-то русопятым ретроградом. Ещё при Екатерине Великой пытались заняться языковым творчеством, и такое изобретение, как «мокроступы», до сих пор служит ироничным примером не то чтобы глупости подобных кампаний, но некоторой тщеты. Типа влиять на стихию – это утопия.

А сейчас ХХI век на дворе, глобализация, прогресс, интернет – англоязычное царство… Всё понятно.

При вести о создании правительственной комиссии по русскому языку подумалось: ну наконец-то хоть кто-то займётся охраной и защитой русского языка. Но радовалась я рано, потому что речь совсем не об этом.

Согласно разъяснениям премьер-министра Мишустина, создана комиссия по поручению президента Путина, и займётся она тем, что проведёт экспертизу правил русской орфографии и пунктуации, определит единые требования к созданию словарей, справочников и грамматик. Вообще-то, не исключено, что в каком-то упрощении русская орфография нуждается. Видимо, не по силам она новым поколениям. А уж пунктуация в русском языке! Часто она выглядит совершенно избыточной. Кто ещё, кроме специалистов, помнит, что междометия и вводные слова надо отделять запятыми? В интернете всё это уже упразднили, и тем не менее понимают друг друга. Жизнь меняется, и с этим надо считаться.

Но, с другой стороны, вот французы ни в какую не хотят упрощать свою письменность, хотя разница между написанием и произношением у них огромная… Может, лучше с них взять пример?

Некоторые полагают, что в новые словари и справочники, согласно веянию времени, попадут феминитивы – «авторка», «редакторка» и прочие. Запретят говорить «в Украине». Увы! Русский язык потому и достоин обожания, что запретить в нём ничего нельзя. Сфера его творчества беспредельна. Со школьной скамьи помню, что помимо жёстких правил в русском языке существуют множественные исключения, а также авторская пунктуация и поле непаханое неологизмов – тот же упоминавшийся «отъюзанный», например. А кроме того, в языке есть собственный неистребимый дух, который подсказывает чуткому уху, что, как ни крути и как ни предавайся модному феминизму, «авторка» и «редакторка» звучат иронически, снисходительно-пренебрежительно. Кажется, это Марина Цветаева очень не любила, когда её называли поэтессой, и почему-то настаивала, что она – поэт…

Специалисты встретили распоряжение премьера Мишустина с нескрываемым скептицизмом. Мало кто считает, что из инициативы выйдет толк – чиновникам нечего делать в лингвистической науке!

Но, возможно, дело в том, что Правительству пришлось взяться за дело, с которым не справилась наука? Меня всегда интересовало, а чем занят у нас Институт русского языка? Нет, чем-то он точно занят. Но почему о результатах его неутомимой деятельности ничего не слышно? Последний раз на моей памяти он отметился тем, что разрешил считать «кофе» существительным среднего рода и санкционировал написание слов «брошюра» и «парашют» через «у». Спорный почин.

А вот самая масштабная, осмысленная и популярная инициатива последних двадцати лет в области русского языка – «Тотальный диктант» – родилась в умах новосибирских студентов, но отнюдь не в среде сертифицированных сотрудников Института русского языка РАН.

В общем, час настал. Государство почувствовало, что у него должна быть языковая политика. И мне кажется, здесь должны высказаться все. Нет такой вещи в России, которая касалась бы буквально каждого. Кроме русского языка.

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов публикаций.

Другие записи автора
17 июля, 2020
14:22
Опять харассментом запахло

Не дают нам скучать.

29 июня, 2020
19:10
#ОНЖЕГЕНИЙ

Итак, на прошедшей неделе стало известно судебное решение по одному громкому делу – режиссёра Кирилла Серебренникова. За финансовые махинации с государственными деньгами он и пара сотрудников созданной им «Седьмой студии», занимавшейся популяризацией искусства, получили условные сроки и неусловные штрафы, а также обязательство вернуть в казну те самые похищенные 129 миллионов рублей.

Показать еще