мск 15°
Москва
  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Новосибирск
  • Екатеринбург
  • Нижний Новгород
  • Казань
  • Челябинск
  • Астрахань
  • Киров
  • Сочи
Поиск
Александр Можаев
Краеведение без краёв
Все записи автора
06 июля, 2020
16:25

Война с памятниками: ничего личного

Здравствуйте, друзья! Мы ведём репортаж из штата Висконсин, где относительно скромные и уже поутихшие уличные беспорядки на днях имели некоторое продолжение. И в нашем тихом углу наконец завалили пару исторических статуй – завалили бы больше, да больше не было.

Под руку протестующих попались две скульптуры, стоящие у входов в Капитолий штата: аллегорическая фигура «Вперёд!», олицетворяющая «образ прогрессивного идеализма», и памятник Гансу Кристиану Хегу – герою Гражданской войны, в 1850-е возглавлявшему народную милицию, противостоящую охотникам за беглыми рабами.

Впоследствии местный лидер протестующих объяснил журналистам, что эти статуи неактуальны и лицемерны, так как не отражают сегодняшнего положения дел в штате. В этой связи бунтующие свалили памятник борцу с рабством, отломали ему голову и ногу, а остальное выбросили в прилежащее озеро.

Впрочем, стихия бунта редко бывает логична: в тот же вечер протестанты навешали тумаков белому, но вполне прогрессивному сенатору Карпентеру – вряд ли знали, с кем имеют дело, просто мужик фотографировал без спроса.

Днём раньше они же навешали тех же тумаков своему чернокожему стороннику, который попытался проехать через бунтарский лагерь на проезжей части улицы и зацепил чей-то велосипед. «Революция, ты научила нас верить в несправедливость добра», ну вы знаете.

В этой связи я хотел бы сделать пару актуальных заявлений. Первое – про памятники и типа того. За эти дни довелось прочитать много текстов, обличающих отвратительную дикость зарубежных протестантов и вандализм в частности. Я сам, можно сказать, заправский обличитель вандализма любого рода, двадцать лет как обличаю, но при этом всякий раз пытаюсь понять внутреннюю логику вандалов – чтобы искать контраргументы более действенные, чем простое «Доколе!»

Понять бунтующих антиподов сложней, чем московских инвесторов.

Большинство американцев кажутся людьми очень близкой культуры, но иногда, глядя на некоторые местные порядки, думаешь: «Да вы упали!» и «Как такое вообще возможно?» А потом вникнешь в историю вопроса и делается хотя бы не так страшно. Какой, скажем, смысл предъявлять документы на кассе винно-водочного отдела человеку (мне) с на лбу написанным 30-летним творческим стажем, если продажа спиртного разрешена с 21 года? А такой, что здешняя Фемида будет показательно жестока к магазину, по ошибке продавшему бухло тинейджеру, и проще трижды перестраховаться, чем проверять натуральность седой бороды клиента. Я возмущён, но я понимаю и охотно подчиняюсь этому правилу.

Так вот, в центре города Мэдисона есть замечательное старое кладбище Форест-Хилл, а на нём два воинских мемориала – расположенные неподалёку братские могилы солдат Севера и Юга.


Фото: Александр Можаев

Они очень впечатляют простотой и строгостью: небольшие одинаковые надгробия, выстроившиеся рядами, как оставшиеся «навеки в строю» солдаты двух легендарных армий. Здесь не было боевых действий, но рядом находились форт и госпиталь для раненых северян и пленных южан. Могилы умерших в 1862 году фронтовиков одинаково ухожены, но над северянами каждый день поднимают государственный флаг, а у соседнего мемориала, именуемого Confederate Rest, стоит табличка, поясняющая, что здесь покоятся «невоспетые герои».

До 2019 года здесь же находился отдельный гранитный кенотаф с именами солдат конфедерации. По решению городского совета он перемещён в фонды Музея ветеранов – на первый взгляд, решение бредовое, поскольку кенотаф лишён каких-либо текстов или аллегорий прославления. Только имена, которые всё равно дублируются на могильных табличках. Однако кроме имён на камне имелась надпись: «Erected by United Daughters of the Confederacy». «Дочери конфедерации» – общественная организация, существующая с 1894 года и известная активной поддержкой ку-клукс-клана в начале ХХ века, а кенотаф сооружён как раз в 1906 году. То есть решение о его перемещении в музей адресовано не солдатам Юга, а реваншистам следующей эпохи, и это причина давних споров о судьбе десятков подобных памятников по всей Америке.

У погромщиков нет столь аргументированной мотивации, для них сейчас наиболее важно не допустить очередного «слива протеста», не позволить властям замять тему, как было много раз до этого.

Скандалы, связанные с уроном репутации и потерей сторонников, кажутся предпочтительней, чем упущение поднятой информационной волны. Но в здешних диспутах обращают внимание ещё и на то, что общим подтекстом новой войны с памятниками является не личная неприязнь к Хегу, Колумбу или даже Сервантесу, а давняя ненависть к официальной американской истории, в которой чёрным не было предоставлено вообще никакого места.

Учитывая это обстоятельство, власти Мэдисона предложили починить и вернуть две поверженные статуи, а заодно установить третью – памятник местночтимой Вел Филипс, первой чернокожей женщине, окончившей университет Висконсина в 1951 году и занявшей должность секретаря штата в 1978-м.

Вроде как разобрались и почти уладили. Но вот вторая проблема: и в США, и в Рунете многие считают, что власти попустительствуют погромщикам, и задаются справедливым вопросом: где в этот момент была полиция, обязанная защищать как собственность владельцев погромленных магазинов, так и официальные памятники культуры? Полиция на днях сама дала объяснения, попросив понять, что она вынужденно балансирует на очень сложной условной грани. Согласно Первой поправке, принятой аж в 1791 году, полиция обязана беречь покой и безопасность обывателей, но в то же время охранять право на свободу собраний и подачу петиций. И пока дело не дошло до серьёзного мордобоя, разграничить эти сферы бывает не так-то просто.

В уже далёкий первый день беспорядков, 30 мая, местная полиция применила слезоточивый газ, её потом за это ругали. Следующие дни полиция пыталась быть «менее заметной», так как присутствие на площади вооружённых офицеров, скорее всего, приведёт к эскалации напряжения. Упустила момент, когда после ареста некоего активиста-дебошира у Капитолия стала собираться толпа, и благоразумно не вмешивалась, когда четыре сотни разгневанных горожан принялись валить статуи. Потому что драка была бы серьёзной, а здоровье граждан, как и священные принципы Первой поправки, стоит определённо дороже.

После публикации предыдущего материала о сложностях межрасовых отношений в США и России меня пару раз спросили, симметрично ли я обеспокоен темой чёрного расизма, приходилось ли с ним сталкиваться? Отбросим тему плохих кварталов – конечно, я не пойду вечером гулять в условный Южный централ, но я и по Мосрентгену гулял один раз и больше не стану. По-русски расизмом теперь чаще именуют межнациональное хамство, которое, разумеется, существует с обеих сторон. А в США всего 60 лет назад расизм был тем, что мы зовём обыкновенным фашизмом, – не брезгливость, а идейное ущемление в правах, включая право на жизнь. Это может себе позволить лишь безнаказанное большинство, каковым чёрные в Америке никогда не являлись.

Протестное движение, получившее название BLM, уходит корнями в так называемое «Красное лето» 1919 года. Чуть ранее в южных штатах были приняты новые сегрегационные законы, спровоцировавшие исход около миллиона афроамериканцев в города Севера. Растущая межрасовая напряжённость в Вашингтоне, Чикаго, Филадельфии обернулась волной погромов: 97 зарегистрированных линчеваний и трёхдневная резня в Элейне, где погибло около 200 чернокожих, включая детей и женщин. Полиция не вмешивалась, и тогда чёрные ветераны Первой мировой организовали во многих городах вооружённую оборону своих общин. В ответ власти обвинили их в заговоре с целью завоевания белой Америки.

Спустя сто и один год страну охватила волна несимпатичного, но имеющего очень серьёзные причины протеста против системного произвола, а я читаю в своей новостной ленте суждения о Смерти, распростёршей крылья над западной цивилизацией, о сломе её устоев и о том, что эдак наши белые дети будут чистить неграм ботинки. Да бросьте, цивилизация не такое видала, и, как говорили у нас в девяностых, плющит – значит, живой.

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов публикаций.

Другие записи автора
17 июня, 2020
11:26
Эксперты-киллеры на службе у застройщиков

Положение о Государственной историко-культурной экспертизе (ГИКЭ), призванное противодействовать коррупции в сфере охраны наследия, принято почти 11 лет назад. Этот подзаконный акт определил лицензированного эксперта наблюдающим «третьим лицом» между заказчиком проекта и согласующим департаментом. За эти годы стали очевидны недостатки положения – непрозрачность аттестации экспертов, ненормированная оплата их труда и отсутствие обозначенной ответственности. Всё это создаёт прекрасные условия для злоупотреблений. Возникла странная ситуация: раньше градозащитники узнавали о коварных планах застройщиков от самих риелторов, а теперь лучше следить за одобренными экспертами проектами объектов наследия, «направленных на сохранение».

16 мая, 2020
10:10
По просьбам трудящихся

Среди американских достопримечательностей, достойных безусловного краеведческого интереса, важное место занимает так называемая низовая демократия. Все, конечно, слышали о том, как она когда-то противостояла вьетнамской войне или относительно недавно добилась официального разрешения на кормление грудью в общественных местах. Но также имеется огромное количество более скромных достижений, делающих комфортной повседневную жизнь городов и селений.

Показать еще