Александр Можаев Краеведение без краёв Все записи автора
Александр Можаев
16 мая, 2020 10:10

По просьбам трудящихся

Среди американских достопримечательностей, достойных безусловного краеведческого интереса, важное место занимает так называемая низовая демократия. Все, конечно, слышали о том, как она когда-то противостояла вьетнамской войне или относительно недавно добилась официального разрешения на кормление грудью в общественных местах. Но также имеется огромное количество более скромных достижений, делающих комфортной повседневную жизнь городов и селений.

Мы ведём наш репортаж из Мэдисона, штат Висконсин, у которого в этом смысле есть чему поучиться. Местные жители объясняли мне примерно следующее: вот, например, скамейки в парках, на набережных выполнены по единому стандарту, но на каждой табличка: «In loving memory» или иные слова благодарности. То есть установку скамеек оплачивают горожане, посвящая их своим родственникам, друзьям и коллегам.

Или какой-нибудь новый велотрек – не администрация подарила его гражданам в рамках программы благоустройства, а пять дятлов, купившие себе горные велосипеды, а потом обнаружившие, что с горами вокруг не очень, начали этот процесс снизу. Они находят друг друга, присматривают место в лесопарке, пишут письма районному депутату и в результате получают себе площадку такую, как хотели, и там, где хотели.

Во дворах частных городских домов нередки курятники, в хороших районах они выглядят модным аксессуаром, а не хозпостройкой.

Мода началась с одной семьи, переехавшей в город из деревни, как говорится, «со всем содомом».

Соседи выразили юридическое недоумение, а бывшие фермеры в ответ развернули серьёзную пиар-компанию: ходили по окрестным дворам, одаривали всех встречных домашними яйцами и объясняли, что это круто. Комьюнити прониклось идеей, обратилось к властям, и теперь весь город имеет законный норматив в четыре курицы на одно домовладение. Петухи по-прежнему находятся под строгим запретом.

Таким же достижением низовой демократии считают общественные огороды: трудящиеся присматривают подходящий надел в ближайшем парке, пишут в городской департамент паркового хозяйства, оформляют аренду участка и подачу воды за символическую плату. Город сооружает колонки для полива, а всё остальное жители делают сами. Участки не охраняются и огораживаются, в основном, от кроликов. У калиток стоят трогательные рукописные таблички: «Пожалуйста, не воруйте нашу еду!»

Кстати, про таблички. Надо полагать, что стандарт в сфере проявления политических эмоций тоже является результатом договорённости жителей этого благопристойного университетского города. Когда разгораются предвыборные страсти, никто не вывешивает на заборах самопальных лозунгов, но на газонах частных домов появляются изготовленные по единому образцу таблички с именами кандидатов. Организованное усмирение некоторых творческих порывов также делает среду более комфортной.

И поэтому дядька, поставивший недавно у себя на газоне баннер с рекламой своего собственного, расположенного неподалеку магазина, был моментально подвергнут коллективной обструкции. Активные граждане стуканули куда следует, дядька был оштрафован, но не сдался. Он перенёс конструкцию в кузов машины, которую запарковал на том же месте. Ну типа это моя машина, а в ней моё барахло, не нравится – не читайте что там написано. Но через несколько дней баннер исчез окончательно.

Я наблюдал за этим конфликтом с противоречивыми чувствами. С одной стороны, всем сердцем болея за дядьку, а с другой – понимая, что закон един для всех и если дядька всех переупрямит, то кранты многолетним достижениям низовой демократии. Не успеешь оглянуться, как завтра он наплюёт на приличия, заведёт петуха и отправится грабить огороды.

А однажды низовая американская демократия сама постучалась в мои двери: открываю спросонья – не говорящие по-русски бабы тычут какую-то бумажку на подпись. Тут пасутся периодически то иеговисты, то нищенствующие скауты, я и подписал не глядя, чтоб скорей отвязались. И только после мне сообщили, что я добровольно проголосовал за закрытие единственного винно-водочного в округе!

У них же как: магазины располагаются на пяти центральных улицах и в пригородных моллах, а в жилых районах нет вообще ничего. Логика понятна: открой ларёк шаговой доступности, начнёт вокруг него пастись всякая сволочь, стрелять деньги и воровать газонокосилки. А это автоматически снижает цены на жильё в радиусе километра. На моё счастье, магазин сумел отбиться: сторговался с жителями на том, что расширил витрину с пристойными винами и полностью свернул торговлю бомжацкими шкаликами.

Закончу, пожалуй, лирическим отступлением о принципиальной разнице российского и американского менталитетов: прямой речью милиционера Юрия Николаевича, записанной мною в командировке на Дон в бытность репортёром газеты «Гудок». Интервьюируемый волею судеб также провёл несколько лет в США и по возвращении докладывал:

– Мне там у них временами так тяжело делалось, не передать. Вот так проснусь в 4 утра и смотрю в окно, а там лампочки разноцветные мигают. А я сижу, чуть не плачу и думаю: «Господи, спаси мою душу грешную! Мне бы только домой вернуться, я и жене сразу перестану изменять и вообще заживу по-новому». А потом вернулся, выхожу в Шереметьево, а вокруг снег, грязь, таксисты эти хищные носятся, я снова прослезился и думаю: «Господи, наверно я погорячился». Заживи тут по-новому, когда никто не улыбается. А вот в Америке улыбаются все, но ты поди бычок брось под ноги, сразу штраф впаяют. А здесь – да бросай ты его куда хочется, а можешь мордой спать в салате, никто тебе слова не скажет! Наша донская земля вольная.

Висконсин, США

Другие записи автора

16 октября, 202012:19
В рамках мер по сохранению
Тем, кому так или иначе приходится быть в курсе столичных градостроительных скандалов, хорошо знакомо модное слово «регенерация». Это юридический термин, помогающий обеспечивать сохранность исторической среды наших городов, добиваться не выживания отдельных архитектурных памятников, а общего характера улиц, дворов и усадеб. Проще говоря, бороться с «сувенирным» подходом к наследию, который в наибольшей степени отражала линия памятников-матрёшек, выставленных на обозрение у фасада гостиницы «Россия». Добиваться постоянства этажности, сохранения привычных силуэтов и планировки старинных кварталов. Александр Можаев Краеведение без краёв
16 сентября, 202012:30
Никто не уйдёт непроращённым
После некоторого перерыва продолжаем цикл «Письма из Висконсина» – околокраеведческие вести из затерянного на просторах американского севера штата, в котором, по счастью, редко что происходит. Нынешнее лето, впрочем, было омрачено расовыми волнениями, а город Кеноша бурлит по сию пору. Однако автору этих строк минувшие дни более всего запомнятся отрадным разнообразием местного животного мира. Александр Можаев Краеведение без краёв
06 июля, 202016:25
Война с памятниками: ничего личного
Здравствуйте, друзья! Мы ведём репортаж из штата Висконсин, где относительно скромные и уже поутихшие уличные беспорядки на днях имели некоторое продолжение. И в нашем тихом углу наконец завалили пару исторических статуй – завалили бы больше, да больше не было. Александр Можаев Краеведение без краёв
17 июня, 202011:26
Эксперты-киллеры на службе у застройщиков
Положение о Государственной историко-культурной экспертизе (ГИКЭ), призванное противодействовать коррупции в сфере охраны наследия, принято почти 11 лет назад. Этот подзаконный акт определил лицензированного эксперта наблюдающим «третьим лицом» между заказчиком проекта и согласующим департаментом. За эти годы стали очевидны недостатки положения – непрозрачность аттестации экспертов, ненормированная оплата их труда и отсутствие обозначенной ответственности. Всё это создаёт прекрасные условия для злоупотреблений. Возникла странная ситуация: раньше градозащитники узнавали о коварных планах застройщиков от самих риелторов, а теперь лучше следить за одобренными экспертами проектами объектов наследия, «направленных на сохранение». Александр Можаев Краеведение без краёв
04 мая, 202012:58
Девиант не пройдёт
Америка, как известно, страна контрастов, и страшные сказки про дикость и нищету здешней провинции во многом правдивы (супруга моя была проездом в Абердине, на родине Курта Кобейна, и говорит, что в целом понятно, отчего он вырос такой нервный). Однако провинция Висконсин, из которой я пишу эти письма невидимому другу, в самом деле хороша и плодородна, а губернский город Мэдисон – почти безупречен. Был бы я царь и имел возможность здесь что-нибудь улучшить в плане городского и коммунального устройства, пожалуй бы, призадумался. Александр Можаев Краеведение без краёв
Читайте также