мск 12°
Москва
  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Новосибирск
  • Екатеринбург
  • Нижний Новгород
  • Казань
  • Челябинск
  • Астрахань
  • Киров
  • Сочи
Поиск
Александр Можаев
Краеведение без краёв
Все записи автора
17 июня, 2020
11:26

Эксперты-киллеры на службе у застройщиков

Положение о Государственной историко-культурной экспертизе (ГИКЭ), призванное противодействовать коррупции в сфере охраны наследия, принято почти 11 лет назад. Этот подзаконный акт определил лицензированного эксперта наблюдающим «третьим лицом» между заказчиком проекта и согласующим департаментом. За эти годы стали очевидны недостатки положения – непрозрачность аттестации экспертов, ненормированная оплата их труда и отсутствие обозначенной ответственности. Всё это создаёт прекрасные условия для злоупотреблений. Возникла странная ситуация: раньше градозащитники узнавали о коварных планах застройщиков от самих риелторов, а теперь лучше следить за одобренными экспертами проектами объектов наследия, «направленных на сохранение».

Назрела необходимость пересмотреть подзаконный акт. Это подтверждают многочисленные скандалы вокруг ГИКЭ – подтасовка фактов, нарушение принципов научной обоснованности, ложь экспертов стали обычным делом. Особенно в Подмосковье, где производство экспертиз, выводящих из-под охраны объекты культурного наследия, сокращающих их охранные зоны, поставлено на поток. При этом недобросовестные эксперты рискуют лишь продлением собственной лицензии.

В последнее время появился ряд интернет-публикаций, проливающих свет и на деятельность московских коллег подмосковных виртуозов. Вот несколько показательных случаев, подробно разобранных неравнодушными гражданами.

Вид проектируемой надстройки из Хохловского переулка.
Вид проектируемой надстройки из Хохловского переулка.
Врисовка автора.

Адрес первый – Колпачный переулок, 9а (эксперт Елена Николаева). Здесь находится неприметное советское здание Института международного рабочего движения 1939 года постройки, не имеющее своего охранного статуса, но находящееся в охранной зоне Ивановской горки и в непосредственной близости (5 и 20 метров) от первостатейных памятников – особняка Юргенсона и палат Украинцева. Допустима лишь реконструкция здания в прежних габаритах, но проект предполагает снос и почти двойное увеличение площади плюс надстройку.

По мнению эксперта, «выразительный современный дизайн» надстройки позволит вписать офисный комплекс в историческое окружение путём «гармонического взаимодополнения стилистических подходов». Здание становится из четырёх пятиэтажным, самым высоким в этой части квартала, и значит, что выразительный дизайн надстройки наверняка станет частью панорамы Хохловского переулка у Троицкой церкви. Не исключено, что в рамках этого же проекта готовится истребление великолепной аллеи старых тополей на границе владения (описана в романе «Альтист Данилов» Владимира Орлова и в народе зовётся Даниловской аллейкой) – ГБУ «Жилищник» уже подало заявку на вырубку.

Эти и другие замечания к акту ГИКЭ были переданы гражданами в департамент культурного наследия (ДКН). Ответы, представленные ДКН в официальной сводке, либо вообще не связаны с заданными вопросами, либо выглядят так: «Ответственность за достоверность и обоснованность сведений, изложенных в заключении, несёт эксперт». А как мы понимаем, эксперт в качестве проявления ответственности может разве что покраснеть и развести руками.

Второй адрес – Покровка, 8 (эксперты Елена Воронцова, Юлия Сёмина, Сергей Соколов). 13 февраля гражданами были зафиксированы работы на фасаде регионального памятника ХIХ века. На ампирном фасаде, обращённом в Петроверигский переулок, два окна были перебиты в витрину для нового ресторана. Как выяснилось, это сделано в полном соответствии с заключением экспертов, посчитавших, что «переустройство двух окон в единый проём с сохранением замковых камней» является обратимой мерой и не противоречит предмету охраны. При этом в самом предмете охраны, представленном на соседней странице, однозначно прописано: обязательному сохранению подлежит композиционное решение фасадов, включая размер и форму оконных проёмов.

Петроверигский переулок. 13 февраля 2020 года.
Петроверигский переулок. 13 февраля 2020 года.
Фото Д. Ремизова.

В этой истории примечательно то, что на страницу в Facebook, где велось обсуждение происшествия, пришёл официальный представитель пресс-службы департамента культурного наследия Анастасия Плешакова, сообщившая, что согласованные работы никак не навредят памятнику, который является «хорошим примером ретейла XIX века», многократно менявшего свои фасадные решения «именно для торговой функции». Пробивка новых входов и витрин на уличных фасадах сегодня носит вполне массовый характер, и если раньше ДКН хотя бы штрафовал нарушителей, то при новом подходе торговлю согласованиями можно ставить на конвейер.

И уже ставят! Недавно на сайте департамента культурного наследия появились сразу два акта, подписанные тем же творческим коллективом. 18 мая обнародован акт (эксперты Елена Воронцова, Юлия Сёмина, Сергей Соколов), одобряющий реконструкцию дома № 2/6 на углу улицы Солянки и Солянского проезда. Для того чтобы «организовать разномасштабные советского времени проёмы витрин в единую структуру», проект предлагает не закладку поздних, а пробивку новых дверей на уличном фасаде, а заодно заменяет крышу XIX века новой мансардой.

Второй акт, обнародованный 21 мая, рассматривает проект реконструкции дома по адресу: Маросейка 2/15, стр. 1, под размещение кафе «Му-му» (эксперты Елена Воронцова, Юлия Сёмина, Татьяна Каменева). Проект игнорирует целый ряд пунктов охранной грамоты, предполагая полную переделку интерьеров XIX века и «организацию» девяти новых проёмов шириной до 2300 сантиметров. Эксперты не замечают противоречия, расписываясь в том, что «предложения по приспособлению подчинены задаче безусловного сохранения всех особенностей объекта, которые утверждены в качестве предмета его охраны».

Реконструкция планировки территории, ныне занимаемой Воспитательным домом, в XVII веке
Реконструкция планировки территории, ныне занимаемой Воспитательным домом, в XVII веке
Схема ЦИГИ.

А теперь приведём несколько ещё более занятных примеров из области экспертизы археологических памятников. По закону весь культурный слой Москвы в границах Камер-Коллежского вала является охраняемым объектом, и любым земляным работам должны предшествовать натурные исследования. Полноценные археологические работы требуют времени и серьёзных вложений, поэтому в подавляющем большинстве случаев они подменяются наблюдениями: котлован копают строители, а археологи лишь присутствуют на объекте, занимаясь собирательством так называемых артефактов.

Соответственно, делом эксперта, работающего на упрощение задачи застройщика, будет максимально возможное умаление археологической ценности стройплощадки. В этой сфере наблюдателями обнаружено более тысячи (!) подложных актов ГИКЭ.

Комплекс Императорского воспитательного дома на Москворецкой набережной – первая большая московская стройка Екатерины Великой, огромное здание, до недавних пор принадлежавшее военному ведомству. После долгих разговоров о судьбах квартала было принято решение наиболее практичное: отдать всё под создание отеля с апартаментами. Помимо реконструкции существующих построек запланировано дополнительное двух-трёхуровневое подземное пространство, далеко выходящее за контуры исторических зданий.

В древности (до того как в XVII веке на Москве-реке участились активные паводки) напротив нынешнего Воспитательного дома находилась речная пристань, соединявшаяся с Кремлём Великой улицей. Выше находились жилые кварталы (в документах XVII века эта местность называется Мыльниками), восточную часть участка пересекала крепостная стена Белого города, а в западной Петром I были устроены земляные бастионы Китайгородской крепости. Глубокий и сырой культурный слой, обещающий прекрасную сохранность находок, цел не только на свободных от застройки участках, но и под самим Воспитательным домом. Очевидно, что здесь необходимы масштабные раскопки, в которых совершенно не заинтересованы китайский инвестор и его московские ассистенты.

Акт ГИКЭ (эксперт Константин Воронин) отсчитывает археологическую историю места с 1763 года, игнорируя раннюю историю квартала и даже факт наличия фундаментов крепостной стены, попадающей в зону проектирования. Также в акте отсутствует информация о пробных раскопках, проведённых заказчиком в 2019 году. Между тем сам департамент культурного наследия сообщал об обнаружении 900 предметов быта XII–XX веков, а 9 января 2020 года появилось сообщение о находке неолитической керамики IV–III тысячелетий до н. э. (!!!). Древность слоя и присутствие останков сразу двух знаменитых крепостей заставляют вспомнить петербургскую Охту и то, как её раскопки привели к остановке строительства высотного здания – вероятно, об этом же вспомнили заказчики экспертизы.

Наложение плана Большого Каменного моста XVII века на современную карту.
Наложение плана Большого Каменного моста XVII века на современную карту.
Схема автора.

Ещё более показательна археологическая экспертиза запланированных на 2020 год работ по благоустройству Берсеневской набережной на участке от Патриаршего моста до улицы Серафимовича (эксперт Владимир Беркович). Исторический раздел акта ГИКЭ неряшливо, но подробно освещает историю местности в радиусе двух километров от рассматриваемого участка, но ни словом не упоминает о крупнейшем узловом сооружении Замоскворечья XVII века – Шестивратной башне Большого Каменного моста, располагавшейся непосредственно на участке. Её белокаменное основание, сохраняющееся под асфальтом, попадает в зону благоустройства. В 2016 и 2017 годах мы могли наблюдать, как программа «Моя улица» решала подобные проблемы: вскрытые траншеями массивные части стен Китайгородской крепости и башни Тверских ворот Белого города взламывались ковшами, а затем на участок приходили археологи. Что бы они ни нашли, изменить проект или отодвинуть его сроки невозможно. Найденная в Зарядье южная стена Китай-города после изучения была разрушена на 2/3 своей длины, а нижний этаж церкви Грозненского времени на Биржевой площади уничтожен полностью.

Вообще, тактика игнорирования элементов археологического слоя очень удобна – «потерять» в бумагах какой-нибудь усадебный флигель сложнее, чем почившие в земле руины. (Недавно «Октагон» уже писал о том, как тот же эксперт Константин Воронин упустил из виду огромные сводчатые подвалы Тёплых торговых рядов на Ильинке, 3/8, оставшиеся от снесённых при Лужкове корпусов XIX века). И здесь мы подходим к самому интересному – к анализу официальных данных об археологических разведках в Москве 2019 года (без учёта территорий Кремля и Новой Москвы).

Добровольцы подсчитали, что за год одним экспертом – упомянутым Владимиром Берковичем – было выполнено 987 экспертиз участков, на которых планируются те или иные земляные работы.

Каждая экспертиза требует производства натурных шурфов, производимых лично автором. В 103 случаях участки находились на местах старых, в большинстве своём средневековых сёл и деревень, храмов либо на городских территориях XVIII–XIX веков, где не обнаружить культурный слой попросту невозможно. Результат во всех случаях один – археологических объектов не выявлено. Более того, в отчётах и актах отсутствуют сами упоминания о деревнях и сёлах, будь то даже знаменитое своей историей Тушино.

Грубое нарушение процедуры позволяет требовать опровержения актов, но очевидно, что проблема кроется в самой системе ГИКЭ. Вместо того чтобы контролировать строгость соответствия проектов предмету охраны, эксперты имеют возможность обслуживать интересы застройщиков, официально получая от них деньги и не рискуя ничем, кроме всего-навсего репутации.

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов публикаций.

Другие записи автора
06 июля, 2020
16:25
Война с памятниками: ничего личного

Здравствуйте, друзья! Мы ведём репортаж из штата Висконсин, где относительно скромные и уже поутихшие уличные беспорядки на днях имели некоторое продолжение. И в нашем тихом углу наконец завалили пару исторических статуй – завалили бы больше, да больше не было.

16 мая, 2020
10:10
По просьбам трудящихся

Среди американских достопримечательностей, достойных безусловного краеведческого интереса, важное место занимает так называемая низовая демократия. Все, конечно, слышали о том, как она когда-то противостояла вьетнамской войне или относительно недавно добилась официального разрешения на кормление грудью в общественных местах. Но также имеется огромное количество более скромных достижений, делающих комфортной повседневную жизнь городов и селений.

Показать еще